«Когда он пел, вся вселенная замолкала»: Пермь вспоминает Евгения Чичерина

Однажды на доме на улице Коммунистической (сейчас – Петропавловская), в котором музыкант жил, написали «улица Чичерина». В 90-е годы его имя было известно всем пермским рокерам. Это был настоящий культ, его называли и называют «учителем». Чичерин стал родоначальником кельтской культуры в Перми, его музыка и сейчас продолжает влиять на творчество многих местных музыкантов. Евгения Чичерина не стало 18 мая 1999 года. Тогда ему было 26 лет. Сегодня, 14 июля, легендарному пермскому музыканту исполнилось бы 45. Мы собрали воспоминания друзей и знакомых Чичерина, чтобы заново открыть его творчество для нового поколения пермяков.

Женя Чичерин родился 14 июля 1972 года в Перми и учился в школе №7 с углубленным изучением английского языка. Воспитывался в творческой атмосфере: его мама Татьяна Евгеньевна Чичерина работала учителем музыки, поэтому Женя очень рано начал петь и играть на гитаре. К ним в гости часто заходили известные пермские музыканты, телевизионщики, поэты.

 

Пермский музыкант, лидер группы «Танцы на траве» Игорь Трахтенгерц познакомился с Женей, когда им обоим было по 16 лет. Они близко дружили, практически все время проводили вместе как одна семья. Игорь Трахтенгерц рассказывает, что песни писались практически каждый день, они общались с художниками, писателями, поэтами и жили в атмосфере творчества.

Евгений Чичерин с мамой

– По характеру Женя был достаточно тяжелым человеком, непросто было с ним дружить, – вспоминает Игорь. – Я помню, как-то мы поссорились. Я был на Разгуляе с друзьями-художниками, которые открыли первую частную галерею, она называлась «Е-галерея». А Женя давал интервью на радио. Тогда он сказал в прямом эфире, что самая большая его привязанность – Игорь Трахтенгерц. Так мы помирились, и вечером пошли пить пиво.

Игорь Трахтенгерц в период знакомства с Чичериным, ок. 1988-89 года

    Игорь рассказывает: у тети Чичерина был дом в Лапаихе – деревне в пяти километрах от Молебки. Друзья часто уезжали туда на электричке. Женя очень любил лес, они собирали грибы и ягоды, ходили купаться на реку.

    Чичерин часто ездил на фестивали в разные города России

    – Был случай, мы в очередной раз ехали в электричке в Лапаиху, – рассказывает Трахтенгерц. – Вид-то у нас тот еще! Мы были необычно одеты для этого серого города, серьги носили. В электричку заходит такая компания... в простонародье «гопников», начинают посмеиваться над нами. Я понимаю, что сейчас нам придется с ними драться, морально приготовился. Женя сказал мне подождать и один пошел к ним. Они начали о чем-то разговаривать. Минут через десять я смотрю – Женя им что-то рассказывает, а они с таким вниманием слушают. Еще через 15 минут он мне машет рукой – иди сюда. «Гопники» смотрят на него с восхищением, жмут руку. Говорят: «Мы – друзья, мы обязательно приедем на ваш концерт». Не знаю, о чем они говорили. У Чичерина была невероятная харизма, я таких людей не встречал. Я очень много наблюдал, как люди, которые относились к Жене негативно, через полчаса общения растворялись в нем и становились его поклонниками.

    Евгений Чичерин в Хохловке, 1988 год

    После школы Женя поступил на филфак ПГУ, а Игорь – в институт культуры. Чичерин проучился всего год и ушел – началась активная музыкальная жизнь, поездки на фестивали. Преподаватели Чичерина очень любили, ведь он с легкостью сдавал все долги. Женя хорошо знал английский язык, был начитан. Единственную курсовую на филфаке Чичерин писал по детским страшилкам – в научной работе он рассматривал их как жанр фольклора.

     

    Кстати, по словам Игоря, во время одной из поездок в Лопаиху они встретили лешего. Друзья взяли с собой рюкзаки и пошли в лес собирать грибы и ягоды. Разошлись в разные стороны и договорились встретиться через час на опушке. Проходит час – Чичерина нет. Тогда Игорь пошел его искать.

    – Я слышал издалека какой-то стон. Смотрю, из травы торчит палка с Жениной курткой. Я бегу туда, Женя лежит в траве в полуобморочном состоянии. Я довел его до дома, мы померили температуру – было под 40. Когда он пришел в себя, он рассказал, что увидел нечто метрах в 50 от себя, когда возвращался на опушку. Это существо было высотой около двух с половиной метров, не похоже ни на человека, ни на медведя. Оно стояло и переминалось с ноги на ногу. Женя почувствовал, что начинает терять сознание. Чтобы я смог его найти, он воткнул в землю палку и повесил на нее свою куртку. Еще он поменял ботинки, на левую ногу надел правый и наоборот. Это народная примета такая: при встрече в лесу с лешим, надо обязательно одежду вывернуть наизнанку и поменять ботинки левый на правый, чтобы не заплутать. Когда я подходил к нему, я тоже видел лешего. Он был достаточно далеко, и я не особо обратил внимание, мне показалось, что это сломанное дерево.

    Игорь Трахтенгерц рассказывает: "На фото мы. Дурачимся дома у известного в то время меломана, коллекционера раритетного винила дядьки Алекса"

    Игорь рассказывает о еще одном забавном случае. Женя «бегал» от армии – договорился со знакомыми врачами, чтобы его положили в психиатрическую больницу, а потом выдали «белый билет».

    – Я тогда работал в художественной галерее, официально моя должность называлась «младший научный сотрудник», но на самом деле я монтировал выставки, – рассказывает Трахтенгерц. – Женя тоже часто приходил туда, нас называли «галерейной молодежью». Я ночевал в тот день у Чичерина, и утром собирался на работу. Звонок в дверь. Я открываю, там стоят менты и военкомат. Спрашивают, «вы Евгений Чичерин»? Я говорю, нет. Тут как раз Татьяна Евгеньена, мама Жени, выходит, а он спит в комнате. Я думаю: «ну все, сейчас его арестуют». Татьяна Евгеньевна говорит, Жени нет дома. А они видят – ботинки, куртка, две гитары стоят. У меня спрашивают: «Женю-то давно видел»? Я говорю: «месяц-полтора назад, даже не знаю, где он сейчас, но последний раз был в Свердловске». Они прошли по квартире, посмотрели, никого нет. Они ушли, я тоже пошел на работу. Через пару часов прибегает Женя. Он слышал весь разговор и спрятался в шкаф. Мы в тот вечер пошли пить вино, повеселились. А Женя в итоге лег в больницу, месяц там пролежал и получил справку от армии.

     

    В 1992 году с Чичериным познакомилась пермская музыкант Лена Ипанова. Она тогда только заканчивала школу и играла на скрипке в группе Игоря Трахтенгерца.

    – Я репетировала в ДК Гознак (сейчас ПДНТ «Губерния». – Прим. ред.) с Герцем (Игорь Трахтенгерц. – Прим. ред.), – рассказывает Лена. – Герц мне про него на тот момент уже все уши прожужжал. И тут Чича, наконец, явился собственной персоной – ворвался в аудиторию, и у меня сразу возникло ощущение, что мы с ним тысячу лет знакомы. Лихо разрулил – кому что играть и кому во что бренчать, и вскоре у нас был первый совместный сборный сейшн на сцене ДК имени Ленина. Женя с товарищами замутили грандиозный сходняк – было круто, золотое время настоящего рок-н-ролла в Перми.

    Концерт во Дворце пионеров осенью 1988 года

    Лена вспоминает: «Чичерин рассказывал своим друзьям, что песни ему "надиктовываются". Ни с того ни с сего вдруг в голове возникает либо мелодия, либо слова, либо и то, и другое разом. И тогда нужно срочно это фиксировать, потому что память не цепляется за такой поток информации. Друг музыканта, Олег Селезнев ("Селеда"), лидер группы "Джамахирия", рассказывает, что у Чичерина было много магических приемов написания песен. Например, песню "Королева тростника", посвященную жене Селезнева, он написал, сидя под столом на кухне. Чтобы творить, Чичерину нужно было замкнутое пространство. Он любил запираться в ванной и там "искать звук"».

    На концерте «Возвращение», 1998 год

    – Как настоящий шаман, он всегда искал место силы, – рассказывает Олег Селезнев. – Если ему было некомфортно, он уходил. Некомфортные люди мгновенно выводили его из себя, иногда он был очень язвительным. Но, когда он пел, вся вселенная замолкала. Он просто завораживал слушателя.

     

    Игорь Трахтенгерц и Евгений Чичерин сотрудничали с обществом «Картинник» екатеринбургского художника Евгения Малахина («Старика Букашкина»). Они устраивали совместные концерты, приезжали в мастерскую Букашкина, рисовали на дощечках, общались, пели, гуляли и ходили в гости.

    Евгений Чичерин в гостях у екатеринбургского художника Евгения Малахина

    В конце 90-х Чичерин работал на пермском радио «Медиана», вёл там эфиры. Слушатели вспоминают: это была настоящая музыкальная журналистика. Последний концерт группы «Хмели-Сунели» состоялся на сцене ДК Гознак в мае 1998 года, за год до гибели Чичерина. В 1993-94 годах Женя ездил в Санкт-Петербург на фестиваль «Радуга», где познакомился с Аней Герасимовой (Умкой).

    – На фестивале был хороший случай, который многие помнят, – рассказывает Умка. – Было холодно и дождь, и все сидели по палаткам и кисли. И вдруг загремел барабан. Это Женя вышел на поляну один с барабаном и стал в него бить. Постепенно люди повыползали, кто с чем, и сам собой получился сейшн часа на два, и постепенно расчистилось небо и вышло солнце. Это звучит банально, но тогда было ясно: происходит нечто волшебное, настоящее, невероятное, прямо здесь и сейчас.

    Игорь Трахтенгерц (слева), Сергей Стаканов (по центру), Евгений Чичерин (справа). Выставка-перформанс группы «Нехудожники», 1990 год

    Чичерин и Умка мечтали о совместных концертах, но все сложилось иначе. Игорь Трахтенгерц рассказывает, что, по его мнению, конец был предрешен. По словам музыканта, тогда был большой наплыв запрещенных веществ в Пермь, в 90-е годы их продавали практически в открытую, точки, где их можно было купить, были всем известны. Все началось, когда Чичерин начал жить отдельно от матери, они разменяли квартиру. Сначала Женя жил на Дружбе, а потом поменял ее на дом в Курье.

    – Он всегда был хлебосольным человеком, – рассказывает Игорь. – В его окружении начали появляться маргинальные персонажи, это были конченые люди. Сначала они просто к нему вписывались, потом он начал везде их с собой таскать. Окружение Чичерина очень изменилось. Многие люди говорили ему, что он вступил не на тот путь, его пытались вытащить. Но если ты уже туда попал, как правило, возврата нет. Я приезжал к нему в Курью, там была очень тягостная атмосфера, какие-то люди непонятные. За месяц до смерти он предложил мне сыграть совместный концерт «Танцев на траве» и «Хмели-Сунели». Я был не против, мы даже что-то запланировали, но концерт так и не состоялся.

    Фото сделано по дороге в Хохловку, в автобусе. 1988 год

    18 мая 1999 года Евгений Чичерин покончил жизнь самоубийством, ему было 26 лет. Говорят, что он оставил предсмертную записку: «В этом мире я все повидал, пойду поищу в другом». Одна из последних песен, которую он написал – «Орел». Чичерин говорил, что это песня всей его жизни.

     

    Облака умрут, когда будет дождь,
    И вода в озерах станет живой.
    Если ты увидел в небе орла,
    Знай, что это смерть идет за тобой.
    Разве ты не помнишь древних легенд,
    Разве ты не слышал смех за спиной?
    Если в тот момент почувствовал страх,
    Знай, что это смерть идет за тобой.

    Если ты увидел в небе орла,
    Так, как будто ты в небесах паришь,
    Значит, тот орел смотрел на тебя,
    Как обычно кошка смотрит на мышь.
    Если ты увидел в небе орла,
    Так, как будто в небе парит твой брат,
    Значит, тот орел смотрел на тебя,
    Значит, ты вернешься живым назад.

    Если ты не слышал глупых часов,
    Если ты идешь звериной тропой,
    Если ты лишился радужных снов,
    Знай, что это смерть идет за тобой.
    Может, ты решил, что ты одинок,
    Может, ты жалеешь, что ты живой.
    Вспомни, как ты видел в небе орла,
    Вспомни то, что смерть идет за тобой.

    После смерти Чичерина его песни стали петь игравшие вместе с ним музыканты, позже – пермская группа «Трамонтана», в которой играл музыкант «Хмелей-сунелей» Алексей Утемов. 

     

    – Женя Чичерин – это огромный пласт в музыкальной жизни Перми, – говорит Игорь Трахтенгерц. – Уникальный человек, самородок. Он занял определенную нишу, свою ступень, с которой он никогда уже не сойдет, память о нем останется. Я думаю, что если бы жизнь сложилась иначе, то, вполне вероятно, что он вышел бы из Перми. Может, занял бы более значимое место. Он был легок на подъем, мог из-за музыки бросить всё и заниматься только этим. Кто знает, может он написал бы еще сотню-другую замечательных песен и выпустил бы пару-тройку альбомов. У Жени была непревзойденная харизма, после общения с ним появлялся какой-то свет.

    Чичерин на фестивале Рейнбоу. 1996 год

    Просмотров: 15700
    Екатерина Макарова
    Фото: Архив Игоря Трахтенгерца, «Евгений Чичерин и группа "Хмели-Сунели"»/VK.com, Архив Николая Нохрина, Владимир Боровков, Сергей Копышко, Волос Герасименко
    Видео: Тимофей Дубровских/Youtube.com, Sergey Berlin/Youtube.com, chiptravel/Youtube.com, KamwaFest/Youtube.com
    Читайте также
    Другие материалы рубрики
    Городские истории