7 марта воскресенье
СЕЙЧАС -17°С

Лариса Юркова, главный нарколог Перми: «Я за анонимное тестирование школьников на наркотики»

Поделиться

Поделиться

Тестирование на наркотики пермских школьников должно быть анонимным, то есть результат теста, кроме тебя самого, никто знать не должен, считает главный нарколог города Лариса Юркова. Напомним, первые анализы на употребление незаконных веществ ребята могут сдать уже ближайшей весной. Сделать это можно будет только добровольно. Но вот будет ли процедура анонимной, пока обсуждается.

Кстати, нововведение ждет не только школьников, но и студентов. Закон на эту тему сейчас готовят краевые власти. Каким он будет? Каковы результаты эксперимента, после которого чиновники и решили принять закон о тестах? И как еще власти и врачи занимаются профилактикой наркомании? Эти и другие вопросы мы задали сегодняшнему гостю редакции.

Тест может стать добровольным, но не анонимным

– Добрый день, Лариса Владимировна! Вы вообще верите в пользу таких тестов? Какие у вас ожидания от этого нововведения?

– Тестирование уже проходит в Прикамье с 2006 года, правда, пока только в качестве эксперимента. Главное, на что мы обращаем внимание, насколько среди школьников распространено употребление наркотиков. Выявляем наиболее проблемные школы, микрорайоны. Это делается для того, чтобы профилактику направить именно туда, где проблема стоит особенно остро.

Тесты делаются раз в год. Каждый раз наиболее проблемная школа получает 50 тысяч рублей – на профилактические мероприятия. Ей даются эти деньги – а через год становится понятно, что изменилось.

И что-то меняется?

– Да. Если в 2006 году у нас было восемь процентов положительных проб, то уже в 2011-ом – 0,4%. То есть почти в 20 раз меньше.

– Но вот что непонятно – какой смысл сдавать такой тест учащемуся, который точно знает, что результат будет положительным?

– А почему бы и нет? Даже если он знает, что накануне употребил наркотики, бояться ему нечего. Допустим, сдали тест 100 человек, и выявилось, что пять из них являются наркопотребителями. Но никто ведь не знает, кто именно эти пять человек. Надо постараться, чтобы это выяснить.

Поделиться

Даже врачи не знают?

– Конечно. Наркологи, придя в школу, видят детей в первый раз. Да и процедура такова: в туалете ставится поднос со стаканами. Ребята по очереди туда заходят. Набралось, скажем, 10 полных стаканов – педагог уносит поднос и отдал его врачу. И тот знать не знает, чьи анализы кому принадлежат.

– В дальнейшем такая анонимность сохранится?

– Сейчас как раз звучат мнения, что надо сделать тесты не анонимными – проводить их во время медосмотров. Но пока в осмотрах участие нарколога не предусмотрено. Окончательного решения на этот счет нет. При этом понятно, что, если тестирование будет не анонимным, оно станет значительно дороже.

– То есть вы за анонимность?

– Да. Например, когда подобный эксперимент был в Казани, получилось как – врачи выяснили, что такой-то ребенок употребляет наркотики. А он и его родители говорят: «Это было в первый раз». Все – работать, получается, не с кем. Тупик.

Если же мы выясняем, что болен такой-то процент ребят, то в этом случае мотивации для профилактических мероприятий больше. В конце концов, если употребляет даже один процент, то это говорит, что потом могут начать и другие. Что какие-то условия для этого есть.

– Ну и понятно, что когда сохраняется анонимность, нововведение действительно не может «повлиять на дальнейшую карьеру учащегося», как говорят авторы инициативы.

– И это тоже. Хотя, если анонимности и не будет, знать о результатах теста будут только сам ребенок и врач. И только по желанию учащегося – его родители. Это врачебная тайна, и с этим у нас все строго.

Поделиться

Мой упрек – к самим семьям наркоманов

– Перейдем к другим профилактическим мерам. Какие из них, на ваш взгляд, наиболее эффективны?

– Работа с семьей. Причем до того, как ребенок вообще начал что-то употреблять. Ведь все проблемы идут именно из семьи.

Если мы говорим о том, кто должен работать с семьей, то это – «образование», социальные службы. Есть специальные реабилитационные программы.

– Они справляются со своей работой?

– Да. Но я еще раз хотела бы обратиться к самой семье. Ведь надеяться, что кто-то придет и «спасет меня» – это утопия. Помочь можно только тому, кто помощи хочет, кто ее ищет. Понятно, что бывают совсем трудные ситуации, финансовые или кода пьет муж – в этом случае государство обязано вмешаться, и оно это делает...

– То есть вы упрекаете не государство, а сами семьи?

– Пожалуй, да. Самое главное – вовремя обратиться за помощью. У ребенка могут быть разные конфликты: из-за разногласий с родителями, друзьями и так далее. Но в любом случае надо искать помощь у профессионалов. А у нас пока нет опыта, навыка ходить к психологам, хотя во всем мире это считается нормальным.

Поделиться

«Нельзя отправлять наркомана в реабилитационный центр, где нарушены условия пожарной безопасности»

– Продолжим тему поддержки. Какую помощь власти оказывают реабилитационным центрам для наркоманов (которые очень многим людям помогают завязать с пагубной привычкой)?

– Еще с 2011 года у нас есть сертификаты – наркопотребитель, у которого нет денег, благодаря такому документу может прийти в тот или иной центр и пройти реабилитацию. Стоимость сертификата – 20 тысяч 600 рублей. Этого хватит примерно на три месяца. Спустя еще такой же срок, если человек не сорвался, остается трезвым, деньги перечисляются в центр.

– А три месяца, что длится реабилитация, – это много или мало?

– Для полной реабилитации этого, конечно, недостаточно. Но все же определенное время человек изолирован, живет в центре. Там ему помогают так называемые равные консультанты. То есть человек начинает решать свои проблемы: пишет дневники. Или, как это происходит в религиозных центрах, молится. Но уточню: человек должен точно знать, в какой центр он идет, чтобы не было разочарований, а значит – срывов.

– В программе, о которой вы рассказываете, участвуют лишь четыре реабилитационных центра. Этот список будет расширяться?

– Да мы бы только счастливы были! Но некоторые центры сами отказываются от участия: для одних деньги, которые даются, слишком малы. Другие понимают, что помещение, в котором проходит реабилитация, не соответствует требованиям пожарной безопасности.

Что касается стоимости сертификата, то она, возможно, будет расти. Но здесь, конечно же, все будет зависеть от возможностей бюджета.

 

14000 – столько наркоманов зарегистрировано в Пермском крае. Семь тысяч из них – из Перми. По словам Ларисы Юрковой, количество вновь зарегистрированных наркопотребителей в крае снижается. То есть в целом можно говорить о том, что наркомания «стареет».

Фото: Фото и видео Андрея БЕЛОУСОВА и Михаила ВОСКРЕСЕНСКИХ, монтаж Андрея БЕЛОУСОВА

оцените материал

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

У нас есть почтовая рассылка для самых важных новостей дня. Подпишитесь, чтобы ничего не пропустить.

Подписаться

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!

Загрузка...
Загрузка...