26 апреля пятница
СЕЙЧАС +9°С
  • 10 апреля 2019

    Быстрый доступ к комментариям в мобильной версии

    Теперь в мобильной версии пользоваться сервисом комментирования стало еще удобнее — кнопка доступа к комментариям «закреплена» внизу экрана. На ней вы можете видеть количество уже оставленных комментариев, а нажав на нее — перейти к ним и оставить свой.

    26 марта 2019

    Теперь фото с 59.RU можно запостить в соцсети

    И сделать это в два клика — открыв фотографию и нажав на кнопку с логотипом соответствующей соцсети в правом нижнем углу. Два клика — и фото у вас на странице. 

    Сейчас опция доступна в десктопной версии, в скором времени она будет работать и в мобильной.

    22 марта 2019

    59.RU стали самым цитируемым СМИ края за 2018 год

    Агентство «Медиалогия» опубликовало рейтинг цитируемости СМИ Пермского края за 2018 год. В нем 59.RU занял первую строчку. Это значит, что в 2018 году наши материалы СМИ цитировали чаще других. Мы благодарим наших коллег за доверие и обещаем и дальше добывать эксклюзивную и интересную информацию.

    Подробнее
    Еще

Хранитель пермского крематория. Кто, зачем и как живет в заброшенном ритуальном комплексе

59.ru познакомился с единственным жильцом необычного долгостроя

Поделиться

Мы очень удивились, увидев, что на территории заброшенного комплекса крематория живет человек

Фото: Тимофей Калмаков

Изначально мы поехали в недостроенный крематорий для того, чтобы посмотреть, в каком состоянии он находится сегодня — на прошлой неделе городские власти изменили условия конкурса по выбору концессионера на достройку. Оказалось, что у крематория есть свой хранитель.

Небольшая предыстория: крематорий начали строить в 2013 году и планировали закончить в 2014-м. На это из городского бюджета выделили 116 миллионов рублей. Работами занималось несколько компаний. В итоге все казенные деньги были потрачены, а крематорий так и не достроили. Тогда городские власти заявили, что нужно привлечь инвестора для завершения строительства самих зданий и приобретения оборудования для крематория. По их расчетам, инвестору нужно было вложить более 300 миллионов рублей. Таких желающих не нашлось. Поэтому сейчас эту сумму снизили до 199 миллионов. Власти надеются, что теперь заинтересованные в достройке комплекса лица найдутся, и город наконец получит крематорий с колумбарием. 

Видео: Василий Вахрин

Крематорий начали строить в 2013 году. Сейчас он выглядит вот так

На административном здании на Восточном кладбище — табличка с надписью «На обходе. Звоните». Ниже номер телефона. Отвечают с третьего раза. Мужчина по ту сторону трубки интересуется, не из МКУ ли мы? (МКУ «Пермблагоустройство». — Прим. авт.) Получив отрицательный ответ, мешкается, но всё же обещает подойти. Ожидание длилось минут десять. Из-за леса показалась фигура.

— Из магазина иду, продукты закончились.

— Но ведь здесь лес кругом.

— Так ловлю попутку — бывает, останавливаются люди, подвозят. А если нет — то и пешком пару-тройку часов пройтись можно. Я же охотник бывший.

Так мы и знакомимся с Василием Петровичем, охранником недостроенного комплекса крематория. Он работает здесь почти два года.

Василий Петрович работает здесь почти два года

— Я сам из Кизела родом. Раньше хорошо жили, у меня и дом был, и мотоцикл. Я ремонтом телевизоров занимался, наших, российских. А потом зрение стало падать, а другую работу сложно найти — плохо там в Кизеле с ней. Ну и нашёл по объявлению здесь работу охранником. Смена одна — неделя ровно, потом уезжаю в Кизел, а вместо меня сменщик на неделю выходит. Зарплата, конечно, не ахти какая. Но на продукты хватает. Так и живём.

По всей территории комплекса крематория стоят брошенные строителями конструкции

Пока слушаем историю — осматриваемся. Через пыльное окно первого этажа видно, что он весь заставлен штендерами с рекламой наручных часов, цветов, недвижимости. Рядом стоят газовые баллоны. За углом — собачья будка и миска. Прибежала и собака.

Безымянная собака здесь — единственный друг человека

— Как зовут?

— Ай, да никак не зовут. Кормим только его. Кто-то из хозяев охранного [предприятия] приезжает иногда — он ларек с шаурмой держит — так обрезки, даже с мясом, собаке и привозит.

Рядом с будкой стоят небольшие бочки.

Дождевая вода здесь и для питья, и для мытья

— Отопления у нас здесь нет, водопровода тоже, — рассказывает Василий Петрович. — Вот, набираем дождевую воду в бочки из-под краски, которой тут стены раньше красили, её пьём и готовим на ней. Моемся ею же. А зимой снег топим. Ладно хоть электричество есть, можно обогреватель включить — и на том спасибо.

Летом — дождевая вода, а зимой — талый снег

Пустить нас к себе в гости Василий Петрович соглашается не сразу, вновь интересуется, говорили ли мы с МКУ. Но позже всё-таки проводит небольшую экскурсию. Каморка охранника находится на втором этаже. На лестничной клетке между первым и вторым — вздутый подоконник. 

За пять лет здание без отопления начало разрушаться

Краска отвалилась, стена разрушается. А ведь здание и пяти лет не простояло. Комната хранителя пермского крематория — небольшая. К стене прилажена самодельная шконка, на подоконнике разложены продукты, приправы. В углу — электроплитка и чайник.

Главное, что есть электричество. Можно приготовить пищу и включить обогреватель

— А вот телевизор недавно появился — сменщик привёз. Без него как-то жутковато было, особенно зимними ночами. Один в заброшенном здании. 

Телевизор Василий Петрович наладил быстро — руки помнят

А так — делать особо нечего. Вон иногда на спортсменов смотрю. Они зимой на лыжах тут катаются, а летом — на лыжах, которые на роликах. За ягодами еще хожу. Перед зданием крематория кусты малины разрослись.

В здании самого крематория, в отличие от административного корпуса, нет ни окон, ни дверей, ни внутренней отделки

Через эти кусты мы проходим к недостроенному зданию крематория. Здесь всё по-прежнему — ни окон, ни дверей. Внутри — малочисленные следы пребывания человека: пластиковые бутылки, пакеты. Справедливости ради надо отметить, что стены и лестницы выглядят довольно прилично. 

Внутри здания рабочие оставили козлы, тряпки, пустые пластиковые бутылки

Стены и лестницы — целые

Пройдя немного вглубь, слышим звуки, издалека напоминающие шаги. Тишину самого тёмного коридора нарушают льющиеся с протекающей крыши потоки воды.

Самый мрачный коридор крематория

— Люди-то не ходят тут? — спрашиваем. — Что и от кого охраняете?

— А чего им ходить? Здесь брать нечего, стены разве что. Вот предыдущая охрана работала — при ней всё и вынесли. Говорят, здесь и металлические конструкции были, и материалы какие-то отделочные. Даже кран строительный стоял. Так вот кран этот кто-то из них и умыкнул, а потом, говорят, за 800 тысяч продали.

На территории из инструментов осталась только конструкция для перемешивания цементного раствора 

Фото: Тимофей Калмаков

— И никто не проверяет, что здесь происходит?

— А как же? Проверяют, конечно. Раз в квартал из МКУ приезжают, смотрят: как тут и что.

— И как тут?

— Да видите уж, как. Всё обещают достроить, а так всё и стоит с 13-го года. Может, в этот раз построят — так я уже и ненужным здесь стану.