«Оказалось, что никто другой этого делать не может»: что сейчас происходит в ПЕРММ, откуда год назад после обысков ушла директор

Недавно в музее современного музея ПЕРММ назначили нового директора. Им стала Елена Новикова, до недавнего времени — заместитель директора Дома народного творчества «Губерния». В ближайшее время она приступит к выполнению своих обязанностей. До этого — больше года, музей оставался без руководителя. Наиля Аллахвердиева покинула должность директора в декабре 2024 года. Смотрим, что произошло в музее за это время и как сейчас он живет.

Музей современного искусства ПЕРММ открыли в 2009 году на волне Пермской культурной революции в здании бывшего Речного вокзала. Он был создан как продолжение и развитие выставки «Русское бедное» (16+). Музей должен был придать новый импульс развитию города.

Из-за реконструкции здания Речного вокзала в 2014 году музей переехал во временное помещение на бульваре Гагарина, 24, но в итоге «прожил» там девять лет. Осенью 2023 году PERMM получил новое и наконец постоянное место — здание бывшего салона Mercedes-Benz на Крисанова, 4. Помещение отремонтировали специально под пространство музея современного искусства.

К этому времени PЕRММ стал одним из немногих в России музеев совриска со статусом «государственный», и одним из самых ярких, постоянно формирующих коллекцию. За 15 лет музейщики показали более 200 выставок, причем не только в Перми, но и в других городах страны, а также в Милане, Венеции и Париже.

Согласно справке самого музея, в его коллекции свыше 1500 единиц хранения стоимостью более 80 миллионов рублей.

«Сердце коллекции — круг художников проекта „Русское бедное“ — Александр Бродский, Ольга и Александр Флоренские, Владимир Козин, Витас Стасюнас, Николай Полисский, Петр Белый, Юрий Шабельников и другие. Примерно треть коллекции занимают предметы Московского архива нового искусства (МАНИ)», — говорится в справке музея на его сайте.

С 2014 года музей активно работал с пермскими авторами и пополнял фонды их работами.

В PЕRММ активно работали педагоги, причем учреждение позиционировало себя как музей без возраста и работало как с маленькими, так и самыми взрослыми посетитетелями. В музее был открыт «Чердак» — творческое пространство для семей с детьми от 1,5 до 12 лет, школа «За паRтой» для подростков. Пермяки запомнили арт-объекты, сделанные в городе, — «Между нами вода», «Ваше мнение важно для вас», «Инакомыслящие» и другие. Встретиться с пермскими зрителями и прочитать лекции приезжали художники и кураторы из разных городов и стран.

6 декабря 2024 года Наиля Аллахвердиева уволилась с должности директора музея современного искусства PERMM. Этому предшествовал целый ряд событий — в октябре 2024 года прокурор Перми подал иск об оспаривании двух контрактов между PERMM и Арсением Сергеевым, с которым у Наили Аллахвердиевой двое общих детей. Общая сумма договоров была 318 000 рублей. По этим контрактам Сергеев готовил концепцию и архитектурное решение для выставки «И да и нет» (16+) к открытию PERMM в новом здании. Прокуратура увидела в этом конфликт интересов, Ленинский районный суд удовлетворил иск ведомства и оспорил сделки.

Следом — в ноябре 2024 года в музее совриска прошли обыски в связи с уголовным делом о терроризме против галериста, идеолога пермской культурной революции Марата Гельмана*, он руководил PERMM с 2008 по 2013 год. В пресс-службе музея PERMM 59.RU тогда поясняли, что оказывают содействие правоохранительным органам.

В марте 2025 года возбудили уголовное дело уже непосредственно против Наили Аллахвердиевой и провели обыск в ее доме — директора подозревали в оскорблении чувств верующих. По данным СМИ, оскорбление увидели в библейских сюжетах некоторых картин, в частности, в картинах Сергея Горшкова «Ангел с трубой», «Голубые города» Тани Аношиной и других произведениях современного искусства.

После этого Наиля уволилась с поста директора и уехала из Перми. В мае 2025-го ей заочно предъявили обвинение и объявили сначала в федеральный розыск, а затем в межгосударственный — он проводится на территории стран СНГ.

В сентябре 2025 года стало известно, что Пермский краевой суд не нашел конфликтов интересов в контрактах Наили Аллахвердиевой с Арсением Сергеевым и отменил решение Ленинского суда. Как оказалось, Аллахвердиева заранее уведомляла краевое Министерство культуры о возможном конфликте интересов при заключении контрактов с Сергеевым, и работы по контрактам принимала комиссия. Минкульт провел внеплановую проверку и не нашел никаких нарушений при выполнении контрактов.

После ухода директора его обязанности выполнял Станислав Павлов — заведующий отделом маркетинга и рекламы. Первые месяцы — до весны 2025 года в экспозиции оставались выставки, открытые еще при прежнем директоре — «Правило шва» (6+) и инсталляция Sonatrip Петра Айду.

В марте 2025 года в названии музея латиницу заменили русскими буквами, вместо PERMM он стал называться ПЕРММ. Примерно в это же время стали появляться новые выставки. По словам Станислава Павлова, за год в музее реализовали около 10 новых проектов.

Мы прошлись по залам и посмотрели, что представляет собой экспозиция сейчас.

На первом этаже зрителей встречает раскрашенный «ВАС 2025» (название именно такое, это не ошибка) — инсталляция Вячеслава Смирнова. Как объясняется в аннотации, «проект создан на пересечении памяти, истории и архитектуры в здании, которое когда-то было автосалоном. […] Если раньше „копейка“ была автомобилем, то в 2025 году от нее остается лишь образ, наполненный личным опытом и переживаниями художника».

Напротив, в центре самого большого зала, который в музее называют Белым, уже давно стоит «Ротонда» — арт-объект Александра Бродского.

Восстановить ротонду было в давних планах музея. В композицию добавили белый стол и медные светильники, изготовленные на одном из пермских предприятий.

Выставка Бродского продолжается в соседнем зале и на третьем этаже, там выставлены его лайтбоксы «Окна и фабрики» — их показывали в PERMM в 2021 году.

Если на двух этажах музея пусто и экспонатов очень мало, то в цоколе, наоборот, тесно. Здесь и выставка художников — студентов вузов «Отечество. „Культура — наша судьба“» (0+) от Министерства образования РФ, и выставка Рустама Исмагилова «Объекты из металла» (6+), и медведи из фанеры, которых раскрасили и летом показали на эспланаде.

В одном зале музейщики почему-то совместили шедевры, уже занявшие прочное место в истории искусства XXI века, и работы начинающих авторов-любителей. Так, на фоне мишек, разрисованных картинками на тему достижений Пермского края, почему-то висят и стоят лубочные цветы Сергея Горшкова. Неожиданно видеть в одном месте произведения из таких разных проектов.

Работы молодых художников выполнены в плакатном стиле, напоминают они студенческие стенгазеты. Как позиционирует их сам музей, они «исследуют культурные коды, личную и коллективную идентичность в меняющемся контексте». В центре зала среди работ студентов — композиция из фигурок обезьян в стиле Minecraft. И тут же над ними висит резиновый арт-объект Владимира Козина из фондов музея.

Как объяснил нам и. о. директора Станислав Павлов, если раньше в экспозиции был небольшой процент работ местных художников, то теперь здесь делают упор на пермских авторов, и это принципиальная позиция, так как музей находится в Перми и важно говорить о темах, которые вызывают у пермяков заинтересованность. Идея в том, чтобы показать зрителям авторов, о которых они еще не знали, но которыми можно гордиться.

Следующим шагом станет сравнение мирового современного искусства и пермского. По мнению и. о. директора, это вопрос нескольких лет.

Мы инициировали разговор о ситуации в музее с новым директором Еленой Новиковой, но предложения редакции остались без ответа. Также мы попросили поделиться мнениями о том, что происходит в ПЕРММ сейчас, экспертов, занимающихся в Перми современным искусством.

Свою точку зрения на ситуацию подробно высказала программный директор Центра городской культуры Александра Тихонова.

«Нужно понимать, что в музее не осталось никого, кто бы мог содержательно отвечать за программу, — делится с 59.RU Александра Тихонова. — И сейчас мы видим результат того периода, когда Наиля перестала быть директором музея, потому что именно она отвечала за программу и за содержание. Когда этот человек перестал быть на своём месте, оказалось, что никто другой этого делать не может.

Наверняка, в музее были какие-нибудь обсуждения, наработки… Не думаю, что когда директор уходит, у тебя в записной книжке вообще не остаётся никаких идей на будущее. Но на музей оказывали давление, и сотрудники, наверняка, испытывали дискомфорт и боялись делать какие-то проекты. Боялись связываться с коллекцией, очевидно, потому что давление в том числе было и на коллекцию. Боялись говорить об актуальных художниках, поэтому обращались к пермским авторам — таким прекрасным художникам, как Смирнов и Исмагилов. Путь понятен.

Но нужно понимать, что музей задал планку, Наиля задала планку, которую поддержать не получилось. Мне не хочется никого обижать, но мне кажется, что те решения, которые принимала команда последний год, лежат на поверхности — самые простые и кажущиеся самыми безопасными. Они как будто-бы не подвергаются никакому критическому анализу и экспертизе со стороны.

Мне кажется, команде не хватило именно разговора с кем-то вовне — экспертами, людьми, которые хорошо и с любовью относятся к музею и хотят помочь. Я уверена, что не все еще потеряно, и есть много людей в Перми и других городах, которые готовы были бы поработать и сделать какие-то хорошие, пусть безопасные, пусть беззубые, но хорошие актуальные проекты. Это вот то, по моему ощущению, чего не хватило команде — экспертизы.

К сожалению, у нового назначенного директора тоже нет экспертизы. Да, есть формулировки, что появится экспертный совет и приглашённые кураторы. Мы будем очень надеяться, что там действительно что-то такое произойдёт. Но пока ни одного приглашенного куратора за последний год не было. И это очень печально.

По поводу проекта «Красим» — мне кажется, проект очень плохой. Во-первых, это очень вторичная история — мы видели этих медведей в Берлине где-то в конце девяностых — начале двухтысячных, коров в Швейцарии, лавки в Нью-Йорке… Это настолько понятный приём, который использовался множество раз, и очень странно, спустя 25 лет к этому возвращаться, причём не в самом лучшем исполнении.

Форма плохая и содержания там по большому счёту никакого нет. То, что он очень нравится людям — прекрасно, но это не про искусство и точно не про актуальное. Это не тот проект, которым должен гордиться музей современного искусства, получающий премии Курёхина, о котором пишут Аrt News Paper и так далее. Это больше городская история для хорошего городского ДК или Дома творчества.

Кажется, что все легко заменяемы, но в творческой среде, к сожалению, это не так. И об этом нужно помнить, мне кажется, всем руководителям и чиновникам. Очень сложно менять творческих людей — их немного, они все между собой связаны. И как мы видим, очереди на должность в музей не стоит».

Также своим мнением о происходящем в ПЕРММ поделились «Дикокультурные», высказав коллективное мнение.

«Сказать, что музей полностью освоился в новом пространстве, мы не можем, — признались 59.RU „Дикокультурные“. — Мы понимаем, что музей долго был без директора, а это значит, что никакой новой линии у учреждения еще не было сформировано. Все, что было в музее после „И да и нет“ (16+) и „Правило шва“, мы видели. Очень хочется блокбастера, выхода за рамки. Но мы пока не понимаем, есть ли это в планах у музея ПЕРММ. Ну что ж, ждем. Да и после того, как художественная галерея уже шагнула к зрителю, ПЕРММ какое-то время будет иметь ещё меньше внимания. Можно использовать его для перезагрузки. Какой она будет, непонятно».

*Признан Минюстом РФ иноагентом, а также внесен в перечень экстремистов и террористов.