Хелависа (Наталья О'Шей), солистка группы «Мельница»: «Я занималась русским народным вокалом, до потери пульса снимала приемы дыхания ирландских певиц, плюс к этому, занимаюсь йогой – в итоге получилось черт знает что!»

10 апреля 2007, 15:00 10 390

«Мельница» – самая известная фолк-рок группа России – побывала в Перми. 7 апреля в концертном зале ДК Солдатова был аншлаг.

Музыканты в «Мельнице» все, как на подбор – с консерваторским образованием. А от всех остальных группа отличается тем, что играет в мудреном стиле под названием «кельтик-готик-акустик-мидивал-фэнтези-нео-фолк-рок». Иначе и не скажешь. Ребята всерьез увлекаются древностью, мистикой и сказками.

Несмотря на то, что «Мельница» – рок-группа, состав инструментов в ней довольно оригинальный: скрипка, виолончель, флейта, перкуссия (барабанчики всякие), две акустические гитары, бас-гитара, ударная установка, несколько вокалов. Группа уже шесть лет перекладывает старые легенды и фэнтезийные тексты в красивые и лиричные песни.

Идейным вдохновителем группы стала Хелависа (Наталья О’Шей), ей же принадлежит большинство текстов. Она и поет. Вдохновляется Хелависа народной музыкой (кельтской, скандинавской, русской), влиянию рока тоже подвластна. Солистка «Мельницы» ответила на вопросы корреспондента Afisha59.ru, при этом ответы ей дружно подсказывали неуемные коллеги.

– На концерте вы признались, что скорбите по пермским дорогам. Как вы узнали о нашем «трауре»?

– Нам сегодня сказали, что в городе проходит такая акция. Когда мы приехали, то обнаружили гудящие машины. А мы как раз все сегодня в черном и решили поддержать это, без сомнения, полезное решение.

– Вы бы хотели, чтобы ваши песни были саундтреком к фильму? Какое это должно быть кино?

– Нам бы, конечно, хотелось, но все это как-то не срастается. Уже много лет идут переговоры. Мы желали, чтобы это произошло в «Волкодаве». Но продюсеры решили, что песен в саундтреке не будет вообще, там осталась только инструментальная музыка Алексея Рыбникова. В свое время Ник Перумов нам предлагал сделать саундтрек к экранизации его романа «Алмазный меч, деревянный меч». Договоренность остается в силе, если роман доживет до экранизации. Сейчас какая-то компания, не помним кто, приобрела у Ника права на экранизацию. Поэтому предложение у нас пока открытое.

– Как вы относитесь к ролевым играм и участвовали ли в них сами?

– Из всей группы участвовала когда-то я. Это было реально давно, в период с 1994 по 97-ой годы. Это был очень милый этап, но он пройден. В свое время из ролевой я ушла в реконструкторскую тусовку. Долго и серьезно занималась исторической реконструкцией. В очень хорошем московском клубе «Наследие предков» мы делали разных викингов, и я заняла даже несколько первых мест по реконструкции западно-европейского женского костюма. Я считаю, что это нормальная эволюция, когда люди сначала занимаются ролёвками, а потом уходят либо в реконструкцию, либо уже в психологические ролевые игры в плане бизнеса. Это тоже очень интересно. Здесь не нужно скакать по лесам, всё делается буквально за столом. Такие психологические игры были очень популярны в московских фирмах. Их заказывали и в компании, где я работала. Это профессиональные ролевые игры, которые могут быть чем угодно: венецианским карнавалом, историей про вампиров, рыцарей Круглого стола или Тристана и Изольду.

Всегда интересно посмотреть, как персонал фирмы будет себя вести в экстремальной ситуации, в которую ставит игра. Я считаю, будущее ролевых игр – вот оно! Очень интересно и очень полезно. Жалко, что сейчас такие игры не настолько популярны. А, скажем, лет семь назад у нас в Москве просто не было отбоя от заказов. Все крупные фирмы «прогоняли» персонал через эти тренинги. Это было очень забавно. В таком применении ролевые игры очень интересны.

– Вы преподаете в Московском университете. Какой предмет?

– Ирландский язык. Я из кандидатской семьи, сама кандидат наук, до сих пор преподаю ирландский язык и введение в кельтскую филологию. Пока еще не пишу докторскую диссертацию. Совсем недавно получила грант Российского гуманитарного научного фонда на трехгодичное исследование и буду писать монографию.

– У вас есть любимая книга?

– Моя любимая книга – роман колумбийского писателя Габриеля Гарсиа Маркеса «Сто лет одиночества».

– Ваше любимое место или город?

– Люблю Эдинбург. А действительно, где я могу отдохнуть, и где мне очень нравится – это деревня Казбеки, ее можно найти, если внимательно изучить физическую карту Грузии.

– Что вы слушаете в дороге?

– Обычно в дороге я не слушаю mp3-плейер –у меня его и нет. Последнее, что я слушала на магнитофоне – просто безумный американский кантри-ансамбль «Чумбо-Вамба». Они такие прикольные и смешные.

– Почему ваш последний альбом называется «Зов крови»?

– Мы хотели в этой пластинке получить то звучание старых и новых песен, которое у меня было изначально в голове. До этой пластинки у нас не было никаких аранжировок. А как сейчас звучит «Мельница»? Многие называют это новым звучанием, но на самом деле – только сейчас «Мельница» звучит так, как я действительно хотела. И современное звучание наших песен – это то, что планировалось. Мне было сложно все эти годы объяснить коллегам, что мне нравится, а что нет. И вот сейчас, слава богу, у нас такой состав, который, действительно, на той же волне, что и автор. Мы очень хорошо чувствуем друг друга.

– Как вам пермский слушатель?

– Пермяки очень благодарные слушатели. И очень красивый зал дворца Солдатова, как Большой театр. На сцене комфортно. Есть целых два балкона. Один из самых красивых залов, в которых мы выступали. А когда в конце включили свет, и мы посмотрели в зал… Сколько было людей! Публика активная, но не дикая – это самое лучшее.

– Почему вас называют Хелависой?

– Вообще это длинная и грустная история. В романе Мэллори «Смерть Артура» есть такой персонаж – ведьма Хелависа, одна из подручных королевы Морганы. У Обри Бердслея есть цикл гравюр, которые он сделал для иллюстрации этого романа. И вот эта самая ведьма Хелависа, по мнению окружающих, очень похожа на меня. Когда мне было лет 15, моя подруга подарила мне этот сборник Бердслея. Ткнула в картинку с ведьмой Хелависой и сказала: «О! Ты на нее похожа».

– В какие города вы еще поедете?

– После Перми мы выступаем в Ижевске, а через два дня играем в Казани. Далее гастрольный тур пройдет по таким городам как Петербург, Волгоград, Краснодар, Новороссийск и Ростов-на-Дону. И это все в апреле. В мае будет Курск, Воронеж, Липецк, Тула, а потом опять Москва.

– И куда вы планируете все эти деньги потратить?

– Вы думаете, у нас так много денег? Во-первых, мы раздадим долги. (Смеется.) У нас такая огромная группа, столько ртов надо кормить. Семеро по лавкам. Как прокормить эту ораву? Если серьезно, то на самом деле мы покупаем новые инструменты. Например, у нас совсем недавно появилась электрическая арфа!

– У вас, помимо музыки, есть другое занятие?

– Не у всех. Конечно, мы все – профессиональные музыканты. Наверное, нельзя сказать, что у кого-то из нас «Мельница» – единственная работа. У нас есть музыканты, которые участвуют и в других проектах, совсем не обязательно музыкальных. Дима Фролов, например, зарабатывает тем, что шьёт барабаны.

– Наталья, а студенты в курсе, что их преподаватель играет в группе?

– Более того, они регулярно ходят на концерты. Был у меня такой замечательный студент. Погиб, к сожалению, в аварии. Он постоянно ходил на мои выступления. Он был младше меня буквально года на три, называл исключительно по имени и отчеству, но на «Ты». Всегда после концерта забегал и говорил: «Слушай, Наталья Андреевна, такой ништяк!».

– А как вы отдыхаете?

– Мы с мужем стараемся каждый год попасть в горы. И вот недавно мы катались на горных лыжах. У меня такой смешной загар остался, с белыми «очками». Реально – это не румяна. Я, наоборот, пыталась всячески более светлый тон наложить на лицо перед концертом, но это не помогло.

– Откуда у вас такой необычный и сильный голос?

– На самом деле я очень долго пела без какого-либо образования. Причем даже нашла кучу каких-то приемов. Потом я занималась русским народным вокалом. До потери пульса снимала приемы дыхания ирландских певиц, плюс к этому занимаюсь йогой – в итоге получилось черт знает что.

А совсем недавно я пошла к одной джазовой преподавательнице, потому что хочу научиться еще многое делать. Когда я пришла к ней, она сказала: «Вам что-то еще надо ставить? У вас же все поставлено!». Я что-то объясняла и изображала, чего еще не умею. Словом, она меня «дотянет» до высокой планки.

ПО ТЕМЕ