Павел Миков, детский омбудсмен: «Полсотни изнасилованных детей в Прикамье – это не статистическая погрешность!»

Сексуальное просвещение пермских детей возбудило общественную организацию «Всероссийское родительское сопротивление». Общественники обвиняют краевого уполномоченного по правам ребенка в разрушении традиционных российских скреп и манипуляции статистикой. Будут ли пермские школьники изучать «Правила нижнего белья», 59.ru рассказал детский омбудсмен Павел Миков.

– Павел Владимирович, что это за программа по половому просвещению детей? Зачем она нужна?

– Ни о какой программе полового просвещения детей речи вообще не идет! Общественная организация, которая пытается убедить пермяков, что уполномоченный по правам детей, пытается с 1 сентября внедрить эту программу во всех школах края, не соответствует действительности. Начиная с 2000 года я веду мониторинг преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы детей. Сегодня ситуация в Пермском крае крайне неблагоприятная.

– Что это значит?

– Смотрите, за первое полугодие этого года признаны потерпевшими по таким преступлениям 56 несовершеннолетних. Это в два раза больше, чем за аналогичный период прошлого года. Это одна цифра, а вот вторая. В этом полугодии зарегистрировано 21 преступление, связанное с созданием и распространением порнографии с участием детей и подростков. А в прошлом году таких преступлений было зафиксировано всего два. И самое страшное: преступление против половой неприкосновенности подвергаются дети в любом возрасте. Самому маленькому ребенку было 3 месяца, а самой взрослой – 17 лет. Эта девочка, изнасилованная собственным отцом, не выдержав, покончила жизнь самоубийством. Большинство детей как раз пострадали от близких людей. И сегодня нас пытаются убедить, что ничего страшного в этом нет, а 56 изнасилованных детей – это статистическая погрешность! Но это же сверхцинизм!

– Как уполномоченный может повлиять на ситуацию?

– В 2013 году Россия ратифицировала Европейскую конвенцию о защите детей от сексуальных злоупотреблений и сексуальной эксплуатации. В соответствие с нормами данной конвенции я предлагаю активизировать информационную работу с родителями и специалистами, а через них и детей, об опасности быть подвергнутым сексуальному насилию.

– Кто этим будет заниматься?

– Этим давно занимаются система образования, социальные службы и правоохранительные органы. Еще три года назад со Следственным комитетом мы издали памятку для родителей «Если вашим детям угрожает опасность». Памятка была составлена при участии детских психологов.

– Но ведь памятка была издана для родителей, а не для детей.

– Совершенно верно. Прежде всего нам необходимо обучить тех людей, которые работают с детьми, правильно выстраивать разговор с ребенком в соответствие с его возрастом и полом. Ведь сексуальному насилию могут подвергаться не только девочки, но и мальчики. Наш буклет выдержал три переиздания общим тиражом 5 тысяч экземпляров. Распространяется он на родительских собраниях в школах. На протяжении трех лет в школы выходят следователи, рассказывают об этих видах преступлениях и способах защиты от них.

– Согласитесь, все-таки не дело следователя заниматься просвещением родителей.

– Да, это просто дополнительный механизм. По большому счету, ответственность за то, чтобы родители разговаривали со своими детьми, лежит на системе образования, здравоохранения и органах социальной защиты. С этого года в крае начала реализовываться государственная программа по профилактике жестокого обращения с детьми «Детство без насилия», в ней три направления.

Первое – создание специальных условий и технологий по проведению следственных действий с детьми потерпевшими сексуальное насилие и их реабилитации. В крае работают 25 сертифицированных кризисных психолога, 5 зеленых комнат, в которых в щадящих условиях проводятся следственные действия с изнасилованными детьми. Психологи сопровождают ребенка на всех этапах процесса вплоть до реабилитации.

Второе направление – предупреждение повторных преступлений сексуального характера детьми, которые они совершили в отношении своих сверстников. В силу возраста детей невозможно привлечь к уголовной ответственности. Но мы понимаем, что их психологическое состояние требует коррекции, чтобы потом они не превратились в серийных насильников. У нас разработана уникальная технология, аналогов которой в России нет. За три года программу реабилитации пройдут 90 подростков и их семей. Это важно, потому что отклонение в психосексуальном развитии идет от семьи.

– Это асоциальные семьи?

– Нет, 85% таких детей из вполне благополучных семей. На начало года у нас на реабилитации находятся 15 подростков, которые подозревались в преступлениях сексуального характера в отношении других детей. Но в силу несовершеннолетия или недоказанности совершения преступления не были привлечены к ответственности.

И, наконец, третье направление программы «Детство без насилия» – повышение квалификации специалистов, работающих с детьми, и уровня информированности родителей, детей и специалистов быть подвергнутыми сексуальному насилию.

– И все-таки будете ли просвещать детей?

– Целевой группой являются не дети, а взрослые. Мы исходим из основополагающего принципа: ответственность за безопасность ребенка лежит на родителе. А в рамках программы «Детство без насилия» мы будем работать со специалистами – педагогами, врачами и психологами. Мы будем обучать их тому, как надо выстраивать родительские собрания, как доверительно в домашней обстановке разговаривать с собственным ребенком. И как не быть подвергнутым насилию.

Я уже три года предлагаю нашему министерству образования обратить внимание на опыт Пензенской области. Там для общеобразовательной школы разработан сквозной курс «Семьеведение» с 1 по 11 класс. С детьми на научной основе соответственно, конечно, его возрасту разговаривают о разных проблемах.

– С чем вы связываете увеличение преступлений против половой неприкосновенности детей?

– С несколькими факторами. Во-первых, большинство преступлений носят скрытый характер – ведь они совершаются в семье, а говорить о семейных проблемах не принято. Во-вторых, специалисты не владели методиками выявления таких преступлений. В-третьих, в регионе долгое время велась война между правоохранительными органами и системой здравоохранения. Медики не хотели информировать силовиков о нарушении половой неприкосновенности ребенка, ссылаясь на врачебную тайну и несогласие родителей сообщать в полицию. Но в итоге было подписано соглашение между ведомствами и сейчас механизм информирования заработал. В этом году по 28 детям информация поступила от медицинских работников: у несовершеннолетних диагностировались венерические заболевания или беременность.

Будут ли пермские школьники изучать «Правила нижнего белья», смотрите в нашем видеосюжете.