![](https://n1s1.hsmedia.ru/98/13/1a/98131a8e8eab73cd24252a571ac6581f/656x438_1:5683_d9dbd873fb1e51db6ba57a9451553ab7@1200x800_0x9jELqMjh_5595534165071138671.jpg.webp)
В редакцию 59.RU обратилась 35-летняя бывшая преподавательница танцев Анжелика Доброва. Молодая женщина с января этого года прикована к инвалидной коляске. В 2020 году у нее стали отказывать ноги, болезнь очень быстро прогрессировала и от уроков танцев пришлось отказаться. За эти четыре года врачи так и не смогли поставить Анжелике точный диагноз, без него женщине отказывают в инвалидности. Работу молодая женщина потеряла и вынуждена существовать на пенсию бабушки и помощь от матери. Мы разбирались в этой непростой истории.
Танцовщица без ног
Анжелика Доброва — красивая молодая женщина. Она пригласила нас к себе в гости, чтобы рассказать свою историю. В ее квартире все приспособлено, чтобы можно было проехать на инвалидной коляске. Невольно обращаешь внимание на очень худые ноги девушки. Несмотря на летнюю погоду, Анжелика в теплых шерстяных гетрах: ноги постоянно мерзнут.
Половину жизни Анжелика посвятила танцам. Еще четыре года назад она профессионально исполняла восточные и латинские танцы, выступала на сцене, была преподавателем социальных танцев — это внеконкурсная версия латиноамериканских танцев — фокстрота, танго, свинга, ча-ча, бачаты, сальсы.
![](https://n1s1.hsmedia.ru/58/e4/e6/58e4e61257f868ab8fd9945bfd033120/656x437_1:5683_2486153bd3f51a1ddca5380dc773386f@3000x1996_0xNOA5onvX_4723064689151906143.jpg.webp)
«Это были первые звоночки»
Теперь жизнь Анжелики разделилась на две части — до и после болезни. Во время пандемии ее секцию танцев в ПДНТ «Губерния» временно закрыли, в июне 2020 года Анжелика вновь вышла на работу, но проработала только месяц. В левой ноге в области колена начались резкие сильные боли.
— У танцоров часто бывают растяжения, и мы на это сильно не обращаем внимание, поэтому поначалу я не придала значения этим ощущениям. Думала, что это защемление нерва, — говорит девушка. — Но это были первые звоночки.
Боли не проходили, танцовщица не могла опираться на левую ногу, все это отдавало резкой болью в голени. Девушка стала ходить с тростью, чтобы не опираться на проблемную ногу.
Анжелика обратилась в поликлинику №2 на братьев Игнатовых к терапевту, ревматологу и неврологу. Терапевт направила Анжелику на МРТ спинного мозга и позвоночника. После МРТ женщине рекомендовали сходить на консультацию к неврологу. К нему Анжелика долго не могла попасть из-за отсутствия «окошек» и ей пришлось обращаться к платному специалисту.
Летом 2021 года Анжелика уже не могла ходить с тростью, болезнь прогрессировала с пугающей скоростью. Ноги стали отказывать, ей пришлось пользоваться костылями.
— Я ходила к ревматологу не один раз, мне она говорила, что у меня колено и сустав в порядке, — вспоминает собеседница. — Но со временем ноги стало сводить, было трудно разгибать.
![](https://n1s1.hsmedia.ru/8a/9b/30/8a9b30928145e89481f76d0acbd54c2d/656x437_1:5683_5c05dbc1a0edb68fb904ff30119184b9@3000x1996_0xYCsZPsXM_7688247345276189930.jpg.webp)
Ревматолог в платной клинике выдал предположительный диагноз — деформирующий артроз коленных суставов (ДОА). Это сложная патология коленного сустава, при котором необратимо изнашиваются хрящи, поверхности костей, связки, мениски. Медик направила Анжелику на рентген, но артроз не подтвердился.
— Медики платных клиник мне прямо говорили, что могут написать только предположительный диагноз и выписать препараты, за которые они не несут ответственности, — отметила собеседница. — Официального диагноза у меня нет.
![](https://n1s1.hsmedia.ru/61/4d/99/614d995fec7fa855905d7871d9637577/455x700_1_cee28cfb5471edb3246ac723ce29aa0f@1401x2160_0xBfjpRjOP_8001953539873941681.jpg.webp)
«Начали отключаться мышцы»
Невролог в частной клинике написал совсем другие предположительные диагнозы: рассеянный склероз цереброспинальной формы и нижний спастический парапарез.
Цереброспинальная форма рассеянного склероза — форма с образованием склеротических бляшек в спинном и головном мозге, симптомами поражения органов зрения, вестибулярного аппарата. Спастический парапарез — группы редких наследственных заболеваний, которые вызывают слабость и ригидность (отсутствие реакции) мышц ног.
Анжелика принесла все эти заключения терапевту в поликлинику №2, та направила девушку в Пермский краевой центр рассеянного склероза. После обследования в центре Анжелике поставили несколько предположительных диагнозов. Среди них — неуточненный рассеянный склероз, это заболевание, при котором иммунная система атакует ткани головного и спинного мозга. Это выражается в проблемах со зрением, утомляемости, нарушениях ходьбы и равновесия, а также онемении и слабости в руках и ногах.
![](https://n1s1.hsmedia.ru/b2/12/12/b212125c6bb1de2a81c347548e85d2d0/656x437_1:5683_b75e598f69df7b6f91ec8c2b2041c933@3000x1996_0xfWahaHJU_3351289504259658918.jpg.webp)
Также под знаком вопроса Анжелике написали еще несколько диагнозов: неуточненное поражение центральной нервной системы (это патологическое состояние, при котором головной мозг не функционирует полноценно), соматоформное расстройство, дебют заболевания соединительной ткани (изменения в суставах) и гипермобильность в суставах.
Соматоформные расстройства — группа психических расстройств невротического происхождения. Люди, страдающие таким расстройством, склонны жаловаться на физическое недомогание и настойчиво требовать проведение медицинских обследований. Они самостоятельно изучают болезни, которые сопровождаются сходными с переживаемыми ими симптомами и не доверяют врачам. Синдром гипермобильности суставов — заболевание соединительной ткани, при котором у человека слишком ослаблены связки. Например, при таком нарушении человек может выгибать назад колени или локти.
— Мне становилось все хуже, а мне ставили всевозможные неточные диагнозы, — жалуется девушка.
В платной клинике Анжелике порекомендовали наблюдаться у невролога по месту жительства. По словам собеседницы, далее она не получила ни лечения, ни диагностики.
«Вы просто не хотите ходить»
В январе 2024 года Анжелика пересела в инвалидную коляску. Ноги не слушались, ходить на костылях стало невозможно. Обычный выход во двор на костылях девушка сравнила с походом в горы на 10 километров: накатывала страшная слабость, из-за которой Анжелика могла спать целый день.
В частной клинике Анжелике сделали электронейромиорографию — проверили проводимость нервных импульсов в ноге, чтобы узнать, насколько ноги «живые». Оказалось, что конечности сохранили чувствительность. Медики предположили, что, возможно, проблема в поясничном отделе или в крестце позвоночника, что дает отек на ноги.
— Врачи мне до сих пор говорят: «у вас боль неясного генеза», — отмечает собеседница. — Мои мышцы не могут нормально работать. Потом как-то на платном УЗИ в очередной частной клинике мне стали выдвигать версии, что ноги отстегиваются из-за моей мочекаменной болезни, которая обострилась после ковида, а почки дают осложнения на ноги. Но все это тоже было предположением. Мочекаменка у меня с 23 лет, и все эти годы с ногами никак не связана. В другой платной клинике мне однажды сказали, что у меня психосоматика, мол «вы сами себе это придумали в голове, вас так пандемия подломила, что вы просто не хотите ходить».
Анжелика возмущена этими словами. Девушка признается, что пересела в коляску, потому что перестала ощущать опору в ногах — из-за того, что она не чувствует мышцы, ей стало страшно ходить.
— Сейчас я вообще не могу разогнуть ноги, они у меня застыли под углом 60 градусов и не разгибаются, — показывает Анжелика. — У меня мышца работает только в спазм, а в расслабление она не уходит. Мне говорили: лечитесь от защемления, сходите на иголочки, на массажик, все пройдет, но боли только усилились. Они были разные, режущие, колющие. Потом у меня ухудшилось общее состояние, сил не хватало ни на что, начали отключаться мышцы на разных частях ног.
«Я успела пожить, а теперь я пытаюсь приспособиться»
Девушка попыталась оформить инвалидность, но без официального диагноза ей отказали, а его за четыре года так и не поставили. По словам Анжелики, сейчас ее лечение состоит только из приема обезболивающих препаратов. В стационар на обследование девушку не положили: сначала была пандемия, потом не было мест, потом не было показаний: анализы крови у Анжелики в норме.
— По документам я не больной человек, у меня нет инвалидности, — говорит Анжелика. — Но я и не здоровый человек. Проблема в том, что ноги чувствительность сохраняют, но любое движение я ощущаю, как будто мне их ломают. А мне говорят: «Потерпи, молчи, не высовывайся». Ко мне терапевт поликлиники приходила на дом и говорила: «Встаньте, покажите, что вы не можете ходить». Я встаю, пытаюсь опираться, но не могу стоять. Это же издевательство. Такое отношение меня полностью подавило.
С начала лета Анжелика не может выходить из дома: она живет на четвертом этаже, а лифт уже третий месяц находится на реконструкции. На первом этаже дома есть пандус, но, по словам собеседницы, он не соответствует нормам: рядом нет поручня, у пандуса слишком резкий наклон. Анжелика пробовала спускаться, но ее мама на таком склоне даже не могла сдвинуть коляску. Это получилось сделать только с помощью мужчины.
![](https://n1s1.hsmedia.ru/21/84/2a/21842abd5fd4bb3ce05d12be700412bc/656x437_1:5683_e71c78e6b2415e507b265627b334ece8@3000x1996_0xALHw6CXZ_6287312179112057041.jpg.webp)
![](https://n1s1.hsmedia.ru/3d/88/64/3d8864ee2f2cdbd145eb64fdee84295c/656x437_1:5683_ad3bebbf75e8e88ac160ebf43c14ed6f@3000x1996_0xnUXRFaWX_1450659458499349842.jpg.webp)
Анжелика интересовалась услугами частного такси, которые перевозят лежачих пациентов до больницы: за один час перевозки там просят шесть тысяч рублей. Оставшись без работы, девушка вынуждена жить на пенсию бабушки, ей помогает мама. Сама женщина работает охранницей. И на ее плечах не только дочь, но и сын — год назад родной брат Анжелики попал в ДТП, из-за травмы позвоночника он тоже прикован к инвалидной коляске.
— Маме очень тяжело, — говорит Анжелика. — Бывают истерики и у меня в том числе, но мы друг друга поддерживаем.
Анжелика признается, что скучает по работе преподавателя, скучает по танцам. Но за эти четыре года она смирилась с тем, что, скорее всего, не сможет танцевать на сцене.
— К сегодняшнему моменту я уже все стадии прошла, сейчас у меня, наверно, стадия принятия, — говорит Анжелика. — У меня есть огромная благодарность, что я вообще когда-то танцевала, что в моей жизни были сцена и танцы, мои ученики. Это уже большое счастье. То есть мне жаловаться тут не на что, я успела пожить, а теперь я пытаюсь приспособиться к тому, что есть сейчас.
![](https://n1s1.hsmedia.ru/bf/eb/47/bfeb47ec3f08c65c447f48e878a9d735/656x437_1:5683_17c4fc364cf725c009ef4327b1654b2f@3000x1996_0xd6Pd05Cf_0268504633424927457.jpg.webp)
![](https://n1s1.hsmedia.ru/ee/2a/b0/ee2ab034f4e32e20406301b5f761531f/656x437_1:5683_7981d935dbee5dcccf80dd78ef8856d5@3000x1996_0xOR6qOAjW_4861174516655902227.jpg.webp)
Ответ Минздрава
Мы направили запрос в краевое министерство здравоохранения с просьбой прокомментировать, почему Анжелике Добровой не могут поставить диагноз.
— Женщина осмотрена врачом на дому, ей назначены анализы, — ответили в Минздраве Прикамья. — Медицинским учреждением планируются дополнительные обследования пациентки с целью составления дальнейшей тактики лечения.