«Тех, кто не слушается, он наказывает»: пай-девочка с подругой выпали с балкона — ее отца-военного обвинили в сексуальном насилии

Жуткая трагедия, когда две школьницы, Виктория и Диана, которым не исполнилось и 14 лет, выпали с балкона верхнего этажа 16-этажного дома, шокировала не только Волгоград, но и всю страну. Друзья и близкие погибших тогда в один голос утверждали, что девочки не могли ничего с собой сделать, а их смерть — роковая случайность. Спустя 3 месяца после похорон отца одной из погибших школьниц внезапно поместили в СИЗО, обвинив в причастности к гибели девочки и в домогательствах к несовершеннолетней дочери.

Против отца выступили дочери его гражданской жены, обвинившие его в травле и издевательствах над дочкой. Их мать, в свою очередь, уверяет, что те с самого начала невзлюбили погибшую с отцом, а сейчас хотят лишь поквитаться с ним.

Пока следователи отмалчиваются о любых деталях расследования, наши коллеги V1.RU поговорили с каждой из сторон, встретились с близкими погибших и опросили всех, кого можно, чтобы попытаться выяснить, что произошло с девочками в тот роковой день.

Предпоследний день марта для жителей 16-этажного дома Волгограда поначалу ничем не отличался от других. Головной болью местных здесь всегда были снующие туда-сюда подростки. Хоть на входной двери и стоит домофон, жители признаются: фраза «забыл ключи» помогает зайти в подъезд без всяких проблем.

Эту и еще три «свечки» на улице 64-й Армии возвели еще в 1991 году по одному проекту. Они словно близнецы: общий подъезд, два корпуса и смежные балконы. От соседних высоток одну отличают только по трагедиям. Жильцы до сих пор помнят, как 7 лет назад отсюда выпала 25-летняя женщина, рядом с телом которой нашли предсмертную записку.

В тот весенний день на общий балкон последнего этажа здания пришли две школьницы. Разница в возрасте у них 2 года, но уже пару лет они были лучшими подружками и вместе ходили на занятия по акробатике. Младшая — 11-летняя Диана — в тот день вернулась домой от бабушки из Котельникова, отпросилась у мамы и пошла гулять со старшей — 13-летней Викой.

Обе пообещали родственникам быть дома засветло, а вечером вышли с ними на связь — попросили не беспокоиться. После этого их телефоны стали недоступны.

Последние, кто видел их живыми, — жители одной из квартир на 16-м этаже. Они рассказывали, как до трагедии девочки вдвоем перешептывались на исписанном подростками общем балконе.

«Родня в магазин отходила, заметила их там. Стояли, спокойно о чём-то общались, а как только мои из квартиры вышли — сразу замолкли. Вещей после себя никаких не оставляли, обуви я тоже не видел», — рассказывает мужчина.

Около 20:00 жители услышали жуткий грохот. На крыльце перед домом — два лежащих без признаков жизни тела, а между ними металлическая труба, которая, вероятно, была частью поручня. Об нее, по версии очевидцев, убилась одна из упавших девочек.

Жители, с которыми мы общались, говорят, что узнали о трагедии или от соседей, или увидели мертвые тела, когда выходили из подъезда. Тела, кстати, пролежали несколько часов, на виду у прохожих и дворовой ребятни. Никаких криков, как уверяют местные, в момент падения в квартирах никто не слышал.

В это же время «загулявшихся» школьниц по всему району искали родители. Про их гибель, как потом расскажут родственники, они узнали уже от следователей, пригласивших их на опознание тел.

«Отец Вики, когда туда приехал, еще ничего не знал. Думал, что полицейские ее задержали за что-то плохое и вызвали забрать ее, — рассказывает бабушка Виктории. — А как увидел тело — упал там и начал кричать. Успокоить его не могли. Его трясло так, что потом в больницу увозили, потому что он там с ума сходил».

О том, что падение школьниц — несчастный случай, в первый месяц трагедии говорили все, в том числе отец 13-летней Вики, Михаил Свердлов. Он тогда утверждал, что девочки сорвались, пытаясь сделать селфи на балконе.

«Она любила фотографироваться, но ужасно боялась высоты. Может, хотела доказать себе что-то. Сели на перила, и вот так получилось. У нас не было никаких ссор, всё было отлично», — на эмоциях рассказывал корреспондентам V1.RU Михаил.

Ему вторят бабушка и дедушка Вики, Татьяна и Юрий Свердловы. Те предполагают, что погибших мог кто-то скинуть или же они попытались похвастаться акробатическими трюками: залезли вдвоем на перегородку, а затем произошла трагедия.

Вот какие аргументы приводил дедушка Вики, бывший милиционер, в разговоре с корреспондентом V1.RU.

Их слова подтверждали как соседи, так и одноклассники погибших. Следком же был немногословен: «Признаков насильственной смерти нет. Не исключается неосторожность при нахождении на высоте». Остальное — тайна следствия. Пока родные оплакивали погибших, а окружающие выражали сочувствие, нашлись и те, кто посчитал версию с несчастным случаем чьей-то попыткой избежать ответственности…

Из двоих подружек лучше всего местные жители знали 13-летнюю Вику: она жила в квартире вместе с 39-летним отцом Михаилом и его новой, пока еще гражданской женой, 38-летней Ольгой Ульяновой.

О Виктории вспоминают как о доброй и общительной, отмечая ее искреннюю любовь к жизни. Кроме акробатики, она занималась рукоделием и с детства увлекалась историей Древнего мира и античной мифологией. Ее бабушка Татьяна до сих пор хранит потрепанные книги, которые той дарила когда-то любимая учительница.

«Ей уже под 80 лет было. Вика с ней часто беседовала, чай пила, любила слушать про историю всякое… И учительница ей подарила эти детские книги, которые берегла. Сказала ей: "Ты будешь историком. Книги эти тоже береги и читай"», — рассказывает Татьяна Свердлова.

Были у нее и планы на будущее: близкие вспоминают, что та с нетерпением ждала лета, чтобы вновь поехать с отцом на море, прямо как в прошлом году. Хоть Вика и боялась крови, в зрелости она хотела стать полевым медиком. Неудивительно, ведь ее отец — военнослужащий.

«Как приходит к нам — на месте не усидит. Кувыркаться начинала, трюки нам новые показывала. То с дедом начинала шутить… У него онкология, она как узнала — говорила: "Бабушка, дедушка, потерпите и не волнуйтесь, я вас скоро спасу!" Она не просто любила жизнь, она ею наслаждалась», — рассказывает бабушка Вики.

Изначально росла Виктория в полной семье с младшей сестрой, но 5 лет назад их разделили, когда Михаил расстался с матерью дочерей, своей экс-супругой Ангелиной. Женщина долго пыталась отсудить у Михаила и Вику, но та, по словам родни, выбрала отца, что, по их версии, даже показала экспертиза.

Сама Ангелина, впрочем, не отрицает этого и считает закономерным. В разговоре с V1.RU о дочери она отмечала ее превосходный навык маскировать переживания от друзей и близких.

«Она такого же характера, как и я. Никому ничего не рассказывала. Только, может быть, подружке какой-то по секрету, и то не всё. Я сколько раз с ней общалась, подходила, спрашивала: "Как дела?", а она всегда говорила, что всё хорошо», — рассказывала Ангелина.

Жила чета Свердловых в селе Дареевске Брянской области, а в 2022 году, когда брак затрещал по швам, отца семейства Михаила командировали в Волгоград, куда он перевез и семью. Первое время они обитали в общежитии и, как рассказывает бабушка, лишь через 2 года смогли разъехаться по отдельным квартирам.

Познакомились во дворе: Вика с отцом жила в том же доме, что и 11-летняя Диана Артемьева — с матерью они снимали квартиру в первом подъезде, на лавочке у которого подружек часто видели соседи. На их дружбу семья Свердловых смотрела искоса.

Хоть и учились подруги в разных школах, они вместе ходили на спортивную акробатику. Окружающие вспоминают Диану как общительного ребенка, а вот семью почему-то считают не самой благополучной.

«Регулярные гулянки были, пьянки в ее квартире. Очень шумные соседи, один раз тут чуть дверь не выбивали. У нее двое сожительствовали: сначала грузин какой-то, отец первой, а потом таджик был, парнишка молодой», — рассказывает пожилая соседка с первого этажа.

То, что у Дианы и ее младшей сестры два разных отца, подтвердила и сама мать. Впрочем, слухи и обвинения соседей о пьянках она полностью отрицает, отмечая, что никаких конфликтов с местными у нее не было.

«Я сама работала почти без выходных, у меня даже физически не было бы времени устраивать "пьянки". А громко у нас было всегда, потому что дети дома. Диана часто приводила к нам подруг, в том числе и Вику. Они, бывало, уроки вместе делали», — рассказывает женщина.

На месте, где 30 марта насмерть разбились школьницы, почти тут же возник стихийный мемориал: люди несли алые гвоздики и мягкие игрушки. В федеральных телеграм-каналах тогда еще гуляла байка о неком «кураторе», с которым девочки общались перед смертью. Впрочем, эту версию правоохранители наотрез отрицали.

Меньше чем через неделю с девочками простились: сначала хоронили Диану, затем Викторию. На церемонию, кроме соседей и одноклассников, приехала и родная мама Вики, и члены «Русской общины», и многие другие. Отец Виктории признавался, что потерял смысл жизни после смерти дочери, и грозился расправиться с любыми «кураторами».

«Когда я сказал бывшей супруге, что дочки больше нет, она начала кричать и обвинять меня, что не уследил. А как это сделать? Я не знал, что она ходит на крышу. Так бы я поругал, наказал. Она бы точно больше не захотела туда идти. Сейчас я больше не живу. Я тень. Я не знаю, как дальше существовать, — говорил отец на похоронах. — А насчет слухов, что ей там кто-то писал. Клянусь, если бы у меня была такая информация, я бы нашел этого человека… Я бы не допустил, чтобы моего ребенка кто-то гнобил».

Неожиданный поворот в трагедии произошел летом. В июле, через 3 месяца после похорон, Михаила Свердлова поместили в СИЗО, обвиняя по двум серьезным статьям Уголовного кодекса — «Насильственные действия сексуального характера» (132 УК РФ) и «Доведение до суицида» (110 УК РФ). Татьяна Свердлова рассказывает, что задержали его в воинской части.

«Это как вообще? Какой [к черту] педофил? Якобы он ей по попе рукой провел… Вы что творите? Он же отец! Он дочь свою обнимал, гладил, за ладонь целовал… 8 или 7 месяцев якобы прошло с того момента, а они только сейчас написали, — негодует дедушка Виктории, Юрий Свердлов. — И опять же, у них ничего нет, только со слов дело заводили».

Обвинителями стали дочери новой гражданской жены Михаила: 21-летняя Дана и 14-летняя Александра Ульяновы. Обе, по версии Свердловых, ненавидели Михаила с дочкой со дня, когда их мать начала встречаться с отцом Виктории.

«Они сына моего называли, извините за выражение, [мразью]. Хотя он им даже слова плохого никогда не сказал. Он военный. Он знал, что если он что-то скажет, то его посадят, — рассказывает Татьяна. — А Викусю младшая девочка обижала. Жаловалась внучка, что она била ее. Отцу только умоляла не рассказывать об этом, говорила, что ей только хуже будет. А я плакала, горькими слезами обливалась».

Неблагополучными девочек называет в том числе и мать, Ольга Ульянова. Детей она родила от первого брака, и, как она заявляет, росли они крайне избалованными, хамоватыми и непослушными, часто попадая в неприятности, иногда даже с законом.

Сама Ольга сейчас ютится у Свердловых, куда, как она заявляет, ее выгнали из своего дома дочери — 5 лет назад она переписала на них доли в квартире, а когда на Михаила завели дело, те якобы сказали матери, что она «здесь не хозяйка».

«Невзлюбили его потому, что пропал источник доходов. Я раньше в банке работала, они у меня ходили в норковых шубах, платьях по 150 тысяч, бальными танцами занимались, — рассказывает Ольга. — Завуч наш старый мне говорила: "Наплачешься ты с ними, Оля, они у тебя построены на деньгах"».

Впрочем, младшая дочь Ульяновых с Викторией в ссоре были не всегда. Родная сестра Михаила Свердлова вспоминает: хоть девочки часто ругались, но в прошлом проводили вместе много времени, даже съездив однажды двумя семьями на море.

«Не знаю, из-за чего, они же не рассказывают особо. "Всё нормально, мы сами разберемся" — вот их ответ. Последние месяца два перед смертью Вики они в ссоре были, там даже до драк доходило. Но потом мирились вроде… А вскоре произошло это, — рассказывает сестра Михаила. — Я постоянно с ней поговорить пыталась, узнать, что у них там не так, а она мне: "Ничего, всё нормально". И улыбалась так жизнерадостно».

Соседи, к слову, наслышаны о семейной междоусобице, но всё же разного мнения о дочерях Ульяновых: одни их описывают как обычных людей, спокойных и неконфликтных, а другие же — как дерзких и невоспитанных. Подъезд будто бы разделился на два лагеря: «за» и «против».

Мы поговорили и с самой 14-летней Александрой Ульяновой. Она уверена — падение школьниц было вовсе не несчастным случаем. Девочка вспоминает: когда она услышала весть о пропаже Вики, то сразу поняла, куда та направилась.

«Когда в тот день мне позвонила мама и сказала, что Вика пропала и не отвечает на звонки, у меня случилась истерика. Я сразу сказала, что она на 16-этажке, это 100 процентов. Но мне никто не поверил. Сказали, что она загуляла просто», — заявляет Саша.

Заявление Ольги о том, что ее выгнали из квартиры, она отрицает, заявив, что та ушла сама. Отрицает она и обвинения Свердловых в ненависти к дочери, рассказывая, как не раз буквально оттягивала Викторию от трагедий. Якобы попытку покончить с собой, по версии Александры, Вика совершала и в прошлом году. В свое доказательство она рассказала о предсмертной записке, которую, как уверяет, отдали следователям.

«Это год назад было. Отправила сообщение мне и второй подруге, Кате. Говорила в нём: "Пока, Катенька, я тебя люблю. Но я так больше не могу, Миша мне уже надоел". Я тогда в гостях у отца была, не видела, а Катя прибежала за 2 минуты и спасла Вику. На 16-м этаже еще осталась надпись черной ручкой: число, когда она там побывала», — рассказывает Александра.

Версии о том, что Виктория потянула Диану за собой, придерживается и мать последней. Она уверена — Вика обманом затащила ее дочь наверх, осознавая, что закончится их прогулка трагедией.

«У них не было договоренности. Вика просто не сказала ей, чего она хочет. Позвала сфотографироваться, а потом за собой потянула. Мне следователи говорили, что у Дианы точно не было попытки суицида», — заявляет мать Дианы.

На вопрос, что могло побудить дочь Михаила совершить суицид, обвинительница Александра ответила — домашнее и сексуальное насилие. Об этом же, впрочем, рассказывают и одноклассники девочки, которым, как те заявляют, Виктория жаловалась на побои.

«Синяков у нее не видели, но она говорила, что отец ее бьет. Бывает, что гулять ее зовем, а она дома сидит, говорит, что наказали. Говорила, что если в черный покрасится, то это значит, что она сдалась. И за неделю до того, как это случилось, она покрасилась в темное», — рассказывает один из школьников.

Стоит подробнее рассказать о том, на кого сейчас летят все «шишки», — о Михаиле Свердлове. Как уже говорилось, он родился и жил в Брянской области. Там же закончил колледж на специальность преподавателя музыки, а после ушел на службу, которой посвятил 12 лет.

«Он в боевых действиях не участвовал, в тылу служил юристом, — вспоминает Юрий. — Он высшее юридическое в Москве получал, плюс потом дочери появились, поэтому на СВО его не отправляли».

Его первой супругой была Ангелина Свердлова. Хоть у нее и было техническое образование, в браке с Михаилом она не работала и занималась семейным бытом, а весь доход был на мужских плечах. За 9 лет они нажили двух дочек, но развелись со скандалом после, как заявляет отец Михаила, обоюдных измен.

Сама Ангелина в диалоге с V1.RU заявила, что сбежала от Михаила из-за регулярных побоев, обеими руками поддержав обвинения Александры.

«В прошлом он меня заставлял дочь бить, а если я не соглашалась — бил меня. На людях он ведет себя прекрасно: лучший муж, лучший отец. Но когда ему говорят, что он не прав, — открывается истинное лицо человека», — рассказывает Ангелина.

Детей, как она заявила, Михаил у нее отобрал, когда в семье начались проблемы. Первую дочь она разыскала в Брянской области, а вторую забрать не успела, о чём до сих пор жалеет.

А вот что о Михаиле рассказала его родная сестра Светлана, с которым она общается с самого детства. С обвинениями Александры она не согласилась, говоря о брате как о «своем в доску»: добрый, веселый и общительный. С супругой Ангелиной, по ее воспоминаниям, тот часто ругался — в основном из-за «передачек», которые она носила своей матери, сидевшей за убийство по пьяни.

«Она не работала, посылки собирала "втихую" за его деньги. Они ссорились из-за этого, аж бились друг с другом. Но Ангелина ему не уступала, та сама на него кидалась порой», — говорит Светлана.

Впрочем, к Ангелине, как и к ее обвинениям Михаила в насилии, Светлана относится с долей понимания, объясняя их реакцией уничтоженной горем психики и злобой, затаенной от поражений в судах за детей. Вику же, как она рассказывает, Михаил любил, как и она его, в чём ни у кого из окружающих никогда не было сомнений.

«Я не видела никогда, чтобы он ее конкретно бил. Ладошкой при мне хлопал, бывало, поскольку наказывал, — рассказывает Светлана. — Знаю, что один раз такое было, когда Вика его обманула: сказала, что к подруге пойдет, а сама на день рождения к подруге умотала на квартиру. Они там и курили, и выпивали, потом на них полицию вызывали даже. Отец об этом узнал и наказал ее. Это как раз за пару месяцев до ее смерти было. Я потом спрашивала у нее, она говорила: "Всё хорошо" и смеялась».

С новой возлюбленной Михаил познакомился уже после переезда в Волгоград, когда лежал в военном госпитале Москвы после операции на коленном суставе. Ольга Ульянова на тот момент уже была в разводе, проживая со своими дочками, Сашей и Даной. В прошлом женщина работала в банке, но однажды сменила офисный бейдж на удостоверение ЖД-проводника. Все обвинения, в том числе и в побоях, Ольга отрицает, называя Михаила любящим отцом и супругом.

Хоть Вика и жила с отцом, она часто навещала своих бабушку и дедушку, Татьяну и Юрия. Те утверждают, что с отцом внучка общалась очень близко: они вместе готовили, работали по дому, Михаил даже учил дочь ездить на машине, а она доверяла ему свои секреты. Родственники называют его суровым, но любящим.

«Он очень боялся, чтобы Вика, не попала в плохую компанию, не стала пить или курить. Да, может быть, был излишне жесткий, но он боялся, — рассказывают дедушка и бабушка Вики. — Он всегда говорил: "Викусь, я тебя до 18 лет выращу, замуж отдам, а потом могу только подсказывать". Не хотел, чтобы она избалованной выросла, и говорил, что до 18 лет никаких отношений, только учеба».

Все обвинения они отрицают, называя их откровенной клеветой и попыткой подставить Михаила перед следствием, чтобы побыстрее закрыть дело.

«Отец работал много, Вика с нами жила большую часть времени. А когда Сашка приходила — то вместе с матерью своей. Как она может рассказывать, что он бил ее? Глупости. Если бы я узнал об этом, я бы его сам порвал», — заявляет Юрий.

Какое-то время после знакомства с гражданской супругой Михаил и Виктория жили у Ольги вместе с ее дочерьми. Младшая из них, которая и обвинила его в тяжких статьях, в свою очередь заявляет, что побои своей дочери Михаил наносил неоднократно. Она даже обвинила его в сексуальных домогательствах, которые, как заявляет школьница, происходили на ее глазах.

«Вика боялась ему что-то сказать, — рассказывает Александра. — Ему не нравилось, когда перечат. Один раз он из-за этого меня чуть не побил, когда с нами жил. Тогда старшая сестра пришла и выгнала его из квартиры», — заявляет Александра.

Мать Дианы, подруги Виктории, которая погибла вместе с ней, говорит, что Михаил был очень вспыльчивым. Напрямую она с ним редко общалась, однако, как заявляет, слышала от Дианы, что тот единожды бил свою дочь в качестве наказания.

«Помню, мне Диана как-то говорила, что ее отец однажды побил за то, что она где-то там пила и курила. Говорила ей, что если отец ее еще раз тронет, то она уедет жить к матери. Но я как ни спрашивала потом у Вики лично — она говорила, что ее никто не бьет», — рассказывает женщина.

Впрочем, мнению Александры не верит и знакомый Михаила и по совместительству сосед Ольги. С Михаилом он знаком с момента, как тот стал встречаться с Ольгой, и называет его человеком с твердым характером.

«Можно сказать, что он импульсивный, но я бы это назвал стержнем. При общении с ним ты чувствуешь этот характер. Мне он нравился как человек, мы общались с ним. Он и мужу Даны (вторая дочь Ольги) помогал с армией, когда там проблемы были. Они, помню, ссорились сильно, но потом сдружились. Я у него еще спрашивал про это, тот сказал: "Она у меня в ногах ползает". Я и отвечал, чтобы он не давал ей оттуда голову поднять», — рассказывает мужчина.

К обеим дочерям Ольги он относится плохо и также предполагает, что те могли подставить Михаила. Викторию он, как и все окружающие, вспоминает очень тепло, подмечая, что не видел в ней признаков тех преступлений, в которых обвиняют Михаила.

«Вичка вообще огонь была девочка, вежливая. В отличие от этих… Это мое мнение сейчас. Но если я точно узнаю, что такие вещи были, то, мягко скажем, не смогу с Михой общаться даже. Потому что для меня это уже перегиб любой палки», — приходит к выводу мужчина.

Рассказать, что легло в основу обвинений Михаила, в пресс-службе СУ СКР по Волгоградской области отказались. В ответе на официальный запрос они, сославшись на защиту персональных данных и прав несовершеннолетних, отказались что-либо комментировать.

«В соответствии с конституционными нормами не подлежит распространению информация о преступлениях и происшествиях, затрагивающих интересы несовершеннолетних, если ее обнародование может привести к их идентификации либо иным образом причинить вред их правам и законным интересам», — отвечали силовики.

Поговорить нам удалось и со второй дочерью Ольги — Даной. Та посетовала, что не может ничего рассказать, пока расследование не закончится, но уверила, что предсмертная записка Вики и скриншоты переписки, где погибшая рассказывает о своем желании покончить с собой, к делу приложены в качестве доказательства обвинения.

В процессе подготовки материала с нами вновь вышел на связь отец Михаила — Юрий Свердлов. Он заявил, что вменяемая статья «Насильственные действия сексуального характера» была переквалифицирована на «Развратные действия», сообщив о намерении добиваться полной отмены всех обвинений.

Пока же о том, что же действительно случилось 30 марта на 16-м этаже и что на самом деле их привело туда, знали лишь погибшие школьницы — Вика и Диана.