Все новости
Все новости

«Думаю, мостик мог соскользнуть и оставить ссадины»: новые подробности истории с проводником из Перми, который поранился и умер

Сестра погибшего, тоже работающая проводником, предположила, как он мог получить травмы

Проводника Владимира Макаренко увезли в больницу со станции Пермь II

Поделиться

В Дзержинском суде Перми 23 ноября закончили рассматривать иск от «Федеральной пассажирской компании» (ФПК) по делу о несчастном случае с проводником Владимиром Макаренко. Работодатель пытался оспорить вывод трудового инспектора о связи происшествия с деятельностью Макаренко. Во время заседания выяснились новые подробности этой истории.

25 июня проводника пассажирского вагона сняли с поезда на станции Пермь II и отвезли в больницу, где он скончался через несколько часов. Судмедэксперт в своем заключении указал, что причиной смерти стали инфицированные ссадины на кистях обеих рук мужчины. Трудовой инспектор по результатам своей проверки сделал вывод, что ссадины Владимир Макаренко получил за два-четыре дня до смерти, то есть в рейсе (мы подробно разбирали эту ситуацию). Следовательно, происшествие должно считаться несчастным случаем на производстве. Именно с этим и не согласилась ФПК.

Пассажир или незнакомец?

Самое неожиданное заявление во время заседания сделала Евгения Девятова — знакомая семьи погибшего, выступившая свидетельницей со стороны ответчика. Она ездила в больницу и морг вместе с матерью Владимира Макаренко, чтобы поддержать ее в сложный момент. Нужно было разобраться, когда родным выдадут тело умершего.

— Я спросила врача, можно ли нам забрать тело или его повезут на судмедэкспертизу, — сообщила Евгения в суде. — Он ответил: «Конечно, повезут на судмедэкспертизу. Молодой парень, [его] нашли на Перми II. Непонятно, что с ним случилось». Я сказала, что [Владимир Макаренко] проводник, был при исполнении служебных обязанностей. Врач ответил: «У меня нет таких данных. Нам сказали, что на вокзале нашли». Потом мы к этому врачу еще раз ездили. Узнали, что [его коллега] позвонила на Пермь II и ей вообще сказали, что это пассажир, который ехал из Кунгура и ему стало плохо.

Сестра не видела ссадин перед рейсом

Представитель ФПК на заседании несколько раз проговаривал, что заключение трудового инспектора нужно отменить. Один из его аргументов — что есть вывод о получении травмы на производстве (то есть в рейсе), но нет 100%-ных доказательств этого.

Сестра Владимира Яна, у которой проводник обычно жил между рейсами, рассказала 59.RU, что отправляла брата на работу 21 июня и никаких царапин тогда не видела.

— Сама до такси его провожала. Я тоже проводник, знаю, что и туалеты надо мыть, и другую работу выполнять. Неужели бы я отпустила брата в рейс со ссадинами? Ничего не было у него на руках, — поделилась она. — Обо что он мог удариться? Есть площадки-мостики для выхода пассажиров на высокие платформы. Они тяжелые. Думаю, такой мостик мог соскользнуть, упасть и оставить ссадины.

По словам сестры, Владимир очень держался за эту работу и за три года никаких нарушений за ним замечено не было. Мужчина был проводником в купейном вагоне на маршруте Пермь — Новый Уренгой — Москва.

— Рейс длится десять дней. Летом брат, бывало, вообще ездил через день: сутки отоспится — и едет, — рассказала Яна Ренева. — В последний раз Вова успел только доехать до Уренгоя и вернуться в Пермь. Я читала показания начальника поезда, он говорил, что Вова почувствовал недомогание уже в Уренгое. Можно было вызвать врача, пройти по вагонам и спросить, нет ли медиков… В Тюмени стоянка — 50 минут, можно было снять. В Екатеринбурге тоже долгая стоянка. Брат ехал на куче обезболивающих!

Вывод о большом количестве принятых медикаментов позволяют сделать результаты экспертизы: в крови Владимира Макаренко обнаружили ибупрофен, анальгин, парацетамол и другие лекарства. Выдержки из документа зачитали на суде.

Говорил начальнику поезда, что стало лучше


В заключении инспектора по труду указано, что момент появления ссадин на руках Владимира Макаренко никто не видел. Поэтому определить причину травмирования невозможно.

Начальник поезда во время опроса рассказал, что Владимир Макаренко сообщал ему о легком недомогании и слабости перед прибытием на станцию Новый Уренгой (информация об этом есть в заключении трудового инспектора). В ходе заседания в суде показали короткие видеозаписи двух разговоров начальника поезда с проводником. В первом ролике на вопрос о самочувствии Макаренко отвечает: «Я таблеток выпил, может, полегчает». Во втором говорит, что ему стало получше.

Но, по словам свидетельницы Евгении Девятовой, начальник поезда знал об ухудшении состояния Макаренко уже 24 июня. Об этом в личном разговоре сообщила начальник резерва проводников, к которой Девятова приезжала вместе с матерью погибшего.

— [Она рассказала], что в десять часов вечера (24 июня. — Прим. ред.) позвонил начальник поезда и сказал, что один из сотрудников — Вова Макаренко — плохо себя чувствует и просит снять с маршрута в Перми, — прокомментировала в суде свидетельница. — А за два часа до Перми снова позвонил и сказал, что нужна скорая — что ему (то есть Макаренко. — Прим. ред.) уже плохо.

— От начальника поезда требовалось только одно — снять с рейса на ближайшей станции и вызвать скорую помощь, — прокомментировал этот момент 59.RU отец погибшего Петр Макаренко. — Всё! Вопросов бы к нему не было.

Не успевал восстановиться

Помимо трудового инспектора обстоятельства несчастного случая также расследовали представитель фонда соцстраха Свердловской области и главный технический инспектор труда «Пермского крайсовпрофа» Андрей Порываев. Последний присутствовал на заседании в качестве заинтересованного лица. Он рассказал 59.RU, что всю информацию по происшествию специалисты изучали вместе. Их общие выводы изложил госинспектор труда в своем заключении.

Андрей Порываев обратил внимание суда на важное обстоятельство: у Владимира Макаренко была зафиксирована переработка — 268 часов. При этом Трудовой кодекс РФ разрешает не более 120 часов сверхурочной работы в год.

— Норматив обслуживания «три проводника на два вагона» по содержанию является расширением зоны обслуживания для работника-проводника, — отметил специалист. — А переработка является фактом нарушения режима труда и отдыха пострадавшего работника. Такая сверхэксплуатация работника ведет к снижению внимательности, провоцирует ухудшение состояния здоровья, создает условия для травмирования и способствует «износу» трудовых ресурсов.

Другими словами, Макаренко не успевал полноценно восстановиться в перерывах между рейсами и нес увеличенную нагрузку во время работы — это могло отразиться на его здоровье и ухудшить его состояние при инфицировании царапин.

Что решил суд

Представитель «Федеральной пассажирской компании» на заседании апеллировал к тому, что у погибшего имелись фоновые хронические заболевания. Говорил, что есть противоречия в описании полученных Владимиром Макаренко ссадин. Но его ходатайство о назначении новой экспертизы судья Лариса Богомолова отклонила, а затем вынесла решение об отказе в удовлетворении иска ФПК. То есть заключение трудового инспектора о том, что несчастный случай нужно квалифицировать как связанный с производством, остается в силе.

Но у ФПК еще есть возможность оспорить это решение — в течение 30 дней компания может подать апелляцию. Ее представитель в суде сообщил 59.RU, что решение по этому поводу будет принято в назначенный срок.

  • ЛАЙК4
  • СМЕХ2
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter