Вдова отсудила у коммерсантов 4 миллиона за смерть мужа, но получила лишь половину. В чём дело?

Вдова уральца, погибшего под 16-тонным краном, не может добиться выплаты законной компенсации за смерть мужа. В точно такой же ситуации оказалась мама другого пострадавшего в том громком ДТП — ее сын Дмитрий выжил, но стал тяжелым инвалидом в 22 года. Подробности в материале наших коллег из E1.RU. Авария с падением гусеницы крана случилась в декабре 2019 года на трассе у поселка Златогорово в Свердловской области. 16-тонный груз выпал с МАЗа на трассу и раздавил внедорожник. В нем ехали на работу в Екатеринбург монтажники из Каменска-Уральского. Водитель, бригадир Иван Старцев, умер в машине скорой по пути в больницу. Еще один пассажир, 22-летний Дмитрий Беляев, выжил, но остался глубоким инвалидом. Как оказалось, платформу крана просто не закрепили перед поездкой. Водителя МАЗа, который вез незакрепленный груз, приговорили к полутора годам колонии-поселения, он уже освободился. Кроме уголовного дела, в суде также был гражданский иск. Ответчиками по нему были фирма — владелец крана и ипэшник, хозяин МАЗа, с которого упал груз. Он также присутствовал при той самой погрузке и отправлял своего наемного работника в рейс с незакрепленной гусеницей. Приспособлений для фиксации груза у них не было. Суд обязал ответчиков выплатить два миллиона компенсации Дмитрию, который остался в живых, но к прежней жизни так и не вернулся. Еще четыре миллиона — компенсация вдове и сыну погибшего бригадира — когда отец погиб, мальчику было пять лет. Ответчики, оспаривая решение суда первой инстанции, дошли до Верховного суда, но всё осталось в силе. Фирма, которой принадлежал кран, сделала всё по закону. Она исполнила решение суда и выплатила компенсации: два миллиона вдове и сыну, еще миллион — инвалиду Дмитрию Беляеву. А вот владелец МАЗа Александр Боярских, отправивший свою машину с опасным грузом, не стал перечислять ту сумму, которую назначил суд. Никакого бизнеса у должника сейчас нет, ИП он ликвидировал, после аварии оформил банкротство, и взыскивать с него нечего. Всё это Боярских рассказал на суде, пояснив, что выплачивать своих три миллиона по иску может только с пенсии. Кроме того, в беседе с журналистом E1.RU он заявил, что передал 450 тысяч рублей, а больше денег у него нет. В итоге исполнительное производство больше года назад передали приставам Белоярского района (все истцы живут в Каменске-Уральском, но авария произошла на территории соседнего района, суд был там же). — Дозвониться до отдела [приставов] я не смогла, — рассказывает вдова бригадира Ольга Старцева. — Поехала выяснять сама. В отделе молодая сотрудница сообщила, что наше дело сдали в архив (на самом деле исполнительные производства всё-таки не приостанавливались. — Прим. ред.). Я не поняла, как в архиве? Вы работали по нему, нам что-то выплатили, взыскали? У меня спросили, не знаю ли я номера телефона [Александра Боярских] или его адреса. Я не знаю ни номера телефона, ни адреса. Я не сотрудник полиции, у меня нет доступа к базам данных людей. Кстати, сама Ольга и ее пятилетний сын еще недавно сами были должниками. После смерти Ивана им достались по наследству все долги по кредитам, которые он брал, — около 600 тысяч. Жена об этих займах узнала только после гибели мужа, он брал их на запчасти для рабочей машины. К счастью, банк тогда, узнав обо всём, пошел навстречу и часть суммы всё-таки списал. При этом Ольга вспоминает, как из-за их совместного с сыном долга в 50 тысяч (за неуплату исполнительского сбора) у нее арестовали машину. Товарищ погибшего, выживший пассажир Дмитрий Беляев, не может сам приехать к приставам, чтобы выяснить, что там с производством. Он тяжелый инвалид и передвигается с помощью ходунков. В момент аварии Дмитрию было 22 года, сейчас — 26. Они живут с мамой Любовью Беляевой на съемной квартире (своего жилья нет) на его пенсию по инвалидности. Любовь ушла с работы, чтобы ухаживать за сыном, за это ей выплачивают пособие — около 1,5 тысячи рублей. Любовь также пыталась выяснить, что насчет выплаты долга. Она отправила обращение через кабинет на Госуслугах. Сам Дмитрий не помнит, регистрировался ли он, не помнит пароля. По закону матери не могут сообщить информацию — ей нужно самой ехать к приставам, предъявлять им доверенность, что она представляет интересы сына. Однако выбраться в другой город и оставить Дмитрия надолго Любовь не может. Выплаченный миллион лежит на его счету, мать к нему не прикасается: говорит, это на самый черный день, но еще она надеется, что Дмитрий всё-таки сможет вернуться к самостоятельной жизни и сам распорядится своими деньгами. — Сейчас мне с Димой гораздо легче, — рассказывает Любовь Беляева. — Я его уже не таскаю на себе, гуляем без коляски. После реабилитации он самостоятельно поднимается и спускается с четвертого этажа, держится за перила. Когда едем в больницу, он сам садится в машину, выходит, но голова еще не до конца восстановилась. Да, он разговаривает, многое понимает, поддерживает диалог, помнит стихи, которые учил еще в детстве, тексты любимых песен, но заново научиться читать и писать не может. Включилась бы полностью голова — он бы уже бегал, мне кажется. Хотя старается, говорит мне: «Я сам». В службе судебных приставов по Свердловской области заверили E1.RU, что работают по делу, производство никто не закрывал и не сдавал «в архив». — Судебным приставом-исполнителем Белоярского районного отделения по решению Красногорского районного суда Каменска-Уральского возбуждены исполнительные производства о взыскании морального вреда с одного должника. В рамках исполнительного производства направлены запросы в регистрирующие органы и банки с целью установления имущественного положения должника. Совершен выход в адрес регистрации должника, опрошены соседи, местонахождение должника не установлено, — сообщили нам в ведомстве. При этом приставы пояснили, что любые сведения, которые взыскатель сообщает о должнике, могут помочь установить его материальное положение и взыскать долг. Важный совет от юристов: при выходе с иском в суд надо указать в заявлении просьбу вынести решение об аресте имущества должника для обеспечения исковых требований. Тогда, пока идут судебные тяжбы, ответчик не сможет, например, переписать свое имущество на родственников или продать его. Ранее мы рассказывали, как Дмитрия Беляева поставили на ноги спустя почти три года после аварии. Реабилитацию он проходил в Екатеринбурге, в центре Ирины Волковой.