«Не хочу, чтобы всё опять повторилось»: читаем объявления о знакомстве от прикамских заключенных в 90-е

Переписку с заключенными сегодня ведут многие женщины. Для тех, кто годами общается с отбывающими срок в колониях, даже придумали особые названия. Их именуют «заочницами» или «ждулями». Тридцать лет назад подобные отношения на расстоянии тоже случались, но знакомства тогда искали не в мессенджерах и соцсетях, а по объявлению — в газете или специальном сборнике. Публикуем реальные объявления от мужчин из исправительных колоний, которые в начале 1990-х писали в пермскую службу знакомств «Надежда». Все объявления выходили в сборниках брачных объявлений в рубрике «Письма из мест лишения свободы». Женских объявлений нет, только мужские: девушки либо не знали о таком варианте знакомства, либо не хотели к нему прибегать. Это первое серьезное отличие от остальных брачных объявлений, среди авторов которых было немало женщин. Второе существенное отличие — полные имена и реальные адреса. В других объявлениях о знакомстве указывали номера абонентов и предлагали отправлять им письма на адрес службы знакомств. Заключенным же нужно было писать напрямую, без посредника. Если не обращать внимания на адреса колоний в конце каждого такого объявления, по некоторым из них и не понять, что авторы отбывают наказание. Один из примеров: «Мне 36 лет, рост 185, худощав, шатен, глаза карие, ношу усы. Образование неполное высшее медицинское. Увлекаюсь тибетской медициной, сексопатологией, музыкой, кино. Желаю познакомиться с женщиной, не склонной к полноте, в возрасте 25–35 лет». Авторы некоторых объявлений сразу рубили сплеча, рассказывая о колонии. Но делали это, чтобы сообщить о близком окончании срока наказания или о том, что уголовная статья не сделала их плохими людьми. «Освобождаюсь в октябре 1991 года. Не хочу, чтобы все опять повторилось, — писал Андрей из колонии в Соликамске. — Мечтаю познакомиться с хорошей женщиной и связать с ней жизнь. Мне 27 лет, рост 186 сантиметров, образование среднее, работаю в швейном цехе, хорошо умею шить». «Я нахожусь в колонии, но "отпетым" себя не считаю, — уточнял Валерий из Чусовского района. — Мне 28 лет, и хотел бы познакомиться с девушкой 25–30 лет, можно с детьми, любящую домашний уют, детей, и которую не пугает сельская местность. Сам я из села, механизатор, по национальности — удмурт, образование среднее, рост 170, очень люблю детей, ценю домашний уют, люблю природу». Часто звучала тема поиска «родной души», «близкого человека». «Если на мое объявление откликнется добрая, отзывчивая Фея, буду вам очень благодарен», — завлекал Юрий из Соликамска. «Хочу обрести друзей по переписке и вернуть веру в жизнь», — сообщал Валерий из того же города (то есть искали не только невест, но и друзей!) Часть объявлений в разных выпусках дублировалась: авторы не находили своих «единственных» и «фей» или просто стремились познакомиться с большим количеством девушек. Но большинство писем все-таки публиковалось один раз. То есть откликов на один выход объявления было достаточно. Ранее мы рассказывали, как презентовали себя пермяки и пермячки в обычных брачных объявлениях — они выходили в тех же сборниках службы знакомств «Надежда».