9 июля четверг
СЕЙЧАС +28°С

Города-призраки: вне времени и дорог

Поделиться

Бывшие шахтерские поселки Пермского края стали живыми призраками. Дороги к ним больше напоминают прифронтовые трассы-рокады. Мы называем эти богом забытые поселки и города "мертвыми", но там до сих пор живут люди. Как говорят они сами: доживают свой век.

Юбилейный, Шумихинский, Верхняя Губаха. Отправиться к этим поселкам помогла команда Александра Белкина «Джип-тур». Они не просто джиперы, а опытные проводники, и внедорожное авто, пожалуй, самый надежный способ в весеннюю распутицу проехать до этих мест.

Поселок стариков

Центральная площадь Шумихинского заметена. Глубина сугробов полметра. Среди снежной целины стоит потрепанный Ленин. Вождь торжественно направил руку в «светлое будущее». Она указывает на скелеты бараков, пустые глазницы разбитых окон. Напротив вождя стоит почти такой же призрак – ДК с огромной колоннадой. Раньше здесь была администрация поселка, а сейчас роскошное здание медленно разрушается. Окна заколочены, стены ветшают, витражи и лепнина осыпаются. Местные спокойно бродят по узким протоптанным тропкам – площадь здесь и не думают чистить от снега.

После закрытия шахты «Шумихинская» некогда процветающий поселок угольщиков превратился в руины. Все это вполне логичные последствия собирательства и мародеров. Работы здесь нет.

По улице навстречу идет парень с гаечным ключом наперевес. Выглядит угрожающе. Зовут его Дмитрий, работает в ЖКО:

Молодежи много в Шумихинском?

– Мало. Одни пенсионеры.

Вам сколько лет?

– 32.

Ничего у вас не строят?

– Наоборот, разбирают. Вот был ДК. Года два назад закрылся. Его и не восстанавливают.

Местные разбирают дома?

– Да. На кирпичи. В Юбилейном еще хуже. Там пятиэтажки разбирают. Все шахтерские поселки сейчас такие.

А вы почему остались?

– Тоже уеду.

В Шумихинском раньше жили более 30 тысяч человек. Сейчас – не больше тысячи, половина из которых старики.

Это тоже Россия

На въезде в Юбилейный встречают вереницы пятиэтажек, половина из них - словно после бомбежки. Посреди развороченных домов как муравьи возятся дети. Пустующие квартиры местная детвора облазила уже давно.

Внутри зомби-пятиэтажек спилено и вынесено все металлическое: батареи, перила с лестниц, ванны. Почти везде отсутствуют входные двери. В проеме мелькают бабочки на розовых стенах. Это детская комната: чудом уцелевшие розовые обои, учебник географии под ногами, поломанная фоторамка и распахнутые настежь окна. Ветер уже давно здесь похозяйничал и намел сугроб.

Каждая квартира – история семьи. Но в той же Припяти, например, есть нетронутые вещи, мебель, фотокарточки. А здесь во многих комнатах пустота. Скорее всего, вещи вынесли. Выглядываешь в окно любой из квартир, а оно выходит на те же зияющие чернотой скелеты пятиэтажек. На одной из них вывеска – магазин «Венера». Пятиэтажку бросили жильцы, оставшихся переселили в еще целые дома, а магазин все еще работает в разграбленном здании.

Внутри две женщины кутаются в жилетки и куртки. Потому что холодно. Дом давно отключен от коммуникаций. Содержать такие пятиэтажки очень дорого для поселковой власти. Вот и бросают никому ненужный жилой фонд. Продавцы на глаз определяют не местных. Девушки считают вполне нормальным, что работают в вымороженном брошенном здании. Главное – есть зарплата.

«Мы уже привыкли. Здание не старое и не аварийное, – рассказывает жительница Юбилейного Елена Танчук. – Почему полностью пятиэтажка оказалось брошенной? Жильцов было мало. Переселили в другой дом. Жильцов мало – домов много. Вот и переселяют. А брошенный дом оставляют, разберут, может быть, когда-нибудь. Жильцам жалко бросать свои квартиры. А куда деваться? Года три назад стали выезжать. А последние жильцы в прошлом году уехали. Вторую зиму дом заброшен. Работается нормально. Холодно только. Отопления нет. Электричество у нас отдельное. Зимой обогреватели включаем. Народу мало. Выручки мало. Молодежь вся уезжает. Пока еще садик и поликлиника есть. В садике три группы даже. У нас тут украинцы еще живут. Наверно, семей тридцать».

Выделить беженцам квартиры не составило труда. Очень много пустующего жилья. Пожалуй, единственное предприятие здесь с рабочими местами – «Апекс», где занимаются лесоматериалами и деревообработкой. «Апекс» сейчас находится в сохранившемся здании шахтного комбината. Работают на «Апексе», в основном, осужденные из колонии-поселения. С ними мы встретились на лесной дороге.

«Квартир много. Приезжайте, и вас поселят, – говорят на прощание продавщицы. – В поссовет пришли к нашему мэру, вам и прописку дадут». От этих слов еще грустнее.

На центральной площади, кажется, собралась вся местная детвора. Здесь главная достопримечательность – самоходно-артиллерийская установка ИСУ-152. Ребятенок лет восьми бойко ныряет в нутро махины. А через секунду дуло самоходки угрожающе плывет в нашу сторону. Тут и взрослые превратились в детей. Внутрь самоходки набились уже мы. За ручки и рычажки покрутили, дуло послушно рассекало воздух.

Еще несколько лет назад шахтерские поселки Юбилейный и Шумихинский неожиданно оказались на слуху всей страны. Во время «прямой линии» с президентом Светлана из Юбилейного спросила Путина: «Хочу задать вопрос по поводу бывших шахтерских поселков Юбилейный и Шумихинский. Их называют «второй Чечней», потому что они выглядят как после бомбежки: нет ни транспорта, ни медобслуживания, ни работы. А вам, наверное, докладывают, что все хорошо, но это не так. Вы посмотрите сами, ведь это тоже Россия».

После этого звонка в Юбилейный приезжали московские телевизионщики. Тогда много говорили, что по цене отечественного автомобиля здесь продают целые пятиэтажки на стройматериалы, воду подают строго по графику на несколько часов, и дружно говорили про разруху и депрессивность поселка. Только реакции никакой не было. Юбилейный продолжает умирать.

Единственное напоминание о прошлом этих мест – стела «Шахта «Шумихинская», которая стоит на выезде.

Природа и туристы

Маленький поселок Усьва радует больше: живописная река, висячий деревянный мост, скалы, ухоженные дома. Поселок кормится туристами. Летом здесь от сплавов не продохнуть. Здесь даже есть гостиница и туристическая база. Относительно недалеко – самая популярная горнолыжка. Только руины поодаль напоминают о шахтерском прошлом поселка.

Да и Верхняя Губаха не вызывает такой горечи, как Юбилейный и Шумихинский. Потому что этот город давно отвоевала обратно природа. Деревья вырастают из каменной плоти брошенных домов шахтеров. Монументальный дворец культуры утопает летом в зелени. Людей нет. Только редкие дачи.
Люди уехали отсюда, потому что истощились месторождения угля. Чего нельзя сказать о «Шумихинской» – самой молодой шахте Гремячинского района Кизеловского угольного бассейна. Ее открыли 31 декабря 1968, ежегодно здесь добывали 560 тысяч тонн. А закрыли в 2001 году, когда шахта не выработала своих запасов даже на половину.

Поселки-призраки. Одно дело приехать сюда туристом, другое – жить и видеть эту безысходность. Возможно, отчасти и самому быть призраком.

Сейчас среди "умирающих" оказались почти все наши северные поселки. Они отрезаны от медицины, образования, продовольствия и дорог. К половине деревень летом проехать невозможно. На языке чиновников это «несперспективные деревни». Здесь нет педагогов. Дети могут проучиться, живя с родителями, только до третьего класса, а потом – интернат. И хотя родителям разрешается забирать детей на выходные, на деле – многомесячного сиротства не избежать, ведь дорога домой, это нескончаемая, тянущаяся по 8-9 часов поездка по бездорожью, а далее 10, 15, 30 км. пешком, обрушившиеся мосты, либо 70 км болота, в котором тонут трактора.

О том, как живут шахтерские поселки-призраки, смотрите в нашем видеосюжете.

 

оцените материал

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

У нас есть почтовая рассылка для самых важных новостей дня. Подпишитесь, чтобы ничего не пропустить.

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!