«Он рисковал своими деньгами»: в Кудымкаре директора компании-застройщика судят за мошенничество — вину он не признает категорически

В Пермском крае продолжается судебное разбирательство вокруг строительства социального жилья в Кудымкаре. Директору компании-застройщика ООО «Квадра Групп» Дмитрию Седову суд первой инстанции уже вынес приговор, но сам он вину не признает категорически. Сейчас Седов находится в СИЗО — если бы он признал вину и не стал настаивать на апелляции, был бы уже в колонии. С учётом срока, проведённого в СИЗО и практики «день за полтора» уже через несколько месяцев у него появилась бы возможность выйти по УДО и оказаться на свободе. Вместе с адвокатами мы разбирались в нюансах дела.

В 2014–2015 годах в Кудымкаре стартовал крупный строительный проект. ООО «Квадра Групп» взялось за освоение нового участка, где планировалось возвести целый жилой квартал. Изначальная цель проекта была сугубо коммерческой: строительство финансировалось из личных средств инвестора Эдуарда Хайруллина, рассчитывавшего на получение прибыли от продажи квартир на свободном рынке.

Для реализации проекта застройщик вложил значительные средства в комплексную разработку территории и создание с нуля всей инженерной и транспортной инфраструктуры. Проложенная дорога и подведённые коммуникации впоследствии безвозмездно передали городу, что создало задел для дальнейшей застройки микрорайона другими компаниями.

По проекту возводились четыре трёхэтажных дома:

• Первые два дома ООО «Квадра Групп» строила своими силами;

• На третий объект в качестве генерального подрядчика было привлечено ООО «СтройУниверсал-Парма», которое самостоятельно закупало материалы и вело работы;

• Четвёртый дом снова строила ООО «Квадра Групп». При этом, дом принимался непосредственно Инспекцией государственного строительного надзора.

Разный статус домов объясняется тем, что дом по ул. И. Шестакова, 10 был построен и вводился в эксплуатацию по новым правилам, которые уже требовали проведения экспертизы проектной документации и осуществления государственного строительного надзора. Остальные дома строились по старым правилам.

Готовые квартиры продавались обычным покупателям, но когда местная администрация осознала дефицит жилого фонда, застройщик принял участие в государственных аукционах. Часть квартир была выкуплена Министерством ЖКХ Пермского края и администрацией Кудымкара по госконтрактам — для детей сирот и переселенцев из ветхого жилья.

Через несколько лет после заселения жители стали жаловаться в администрацию Кудымкара. Разного рода претензии были у жильцов всех четырёх домов. В частности, людей волновали вода в подвалах, плесень в квартирах на первых этажах, трещины в стенах, внутренних перегородках и отмостке зданий. Кудымкарские власти направили обращения в городскую прокуратуру. Прокуратура передала материалы в следственный отдел СУ СК России по Пермскому краю. Единственным фигурантом расследования оказался директор компании-застройщика ООО «Квадра Групп» Дмитрий Седов.

Кудымкарский городской суд признал Дмитрия Седова виновным по двум статьям Уголовного кодекса РФ:

• Ст. 159 УК РФ («Мошенничество в особо крупном размере»).

• Ст. 238 УК РФ («Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности»).

По версии следствия, застройщик сэкономил на строительных материалах, использовав газобетонные блоки меньшей прочности, чем предполагалось проектом, что квалифицировали как хищение бюджетных средств путём обмана. Суд признал хищением 275 632 697,13 рублей — сумму, перечисленную по двум государственным и восьми муниципальным контрактам.

Дмитрий Седов вину категорически не признаёт.

Позиция администрации Кудымкара, зафиксированная в материалах арбитражных дел, строится на трёх ключевых основаниях.

• Экспертиза подтвердила существенные отклонения от проектной документации: прочность блоков была ниже нормы, в кладке зафиксированы пустоты, отсутствовали мероприятия по водоотведению — всё это привело к снижению несущей способности и признанию ряда конструкций ограниченно работоспособными.

Отметим, что позиция защиты отмечает то, что проблемы, выявленные жильцами и экспертизой, непосредственно на их причину не указывают. Возможны недостатки в проектировании, возможны недостатки в строительстве, возможны недостатки в эксплуатации. Разобраться пока не удалось.

• Муниципалитет понёс реальные расходы на устранение дефектов: были разработаны новые проектные решения и заключены контракты на капремонт.

В ходе судебного разбирательства на вопросы защиты и обвинения отвечала представитель Министерства строительства Пермского края Фаина Минх. Из ответов следуют как минимум три принципиальных положения.

• Контракты с ООО «Квадра Групп» изначально предусматривали приобретение жилых помещений. На момент передачи в госсобственность любые дефекты, препятствующие эксплуатации, были недопустимы. Некоторые помещения принимались по нескольку раз, а застройщику приходилось устранять выявленные нарушения. В конечном итоге, квартиры были приняты.

• Часть недостатков, выявленных в домах начиная с 2016 года, теоретически могла возникнуть уже в ходе эксплуатации. Точно определить соотношение строительных и эксплуатационных дефектов должны эксперты.

Отметим, что на такой вопрос экспертиза не отвечала.

• По дому на улице Шестакова, 10 (претензии жильцов этого объекта тоже присутствовали) при приёмке был осуществлён государственный строительный надзор. По остальным объектам такой надзор не проводился.

Адвокаты обвиняемого говорят, что в обвинении не объясняется, что именно стало причиной недостатков квартир. Возможно, речь идёт о проблемах проектирования — например, не учитывались особенности грунта, что вызвало заводнение подвалов. Есть вероятность и некачественного строительства, в какой именно степени и кто ответственен — вопрос, требующей доказательства. Возможна и неграмотная эксплуатация построенных объектов — необходимо соотнести действия управляющей компании от застройщика и управляющей компании, пришедшей на замену.

При этом защитники обвиняемого — Иван Хозяйкин и Николай Попов — указывают на ключевые обстоятельства, которые, по их мнению, были проигнорированы судом первой инстанции.

1. Отсутствие мотивов хищения и коммерческий расчёт

Стройка начиналась задолго до объявления госаукционов. Инвестор вкладывал частный капитал в инфраструктуру всего участка, рассчитывая снижать себестоимость каждого последующего дома и зарабатывать на их свободной продаже. То есть все дома строились за собственные деньги, без привлечения бюджетных средств. И только потом администрация выкупала за бюджетные деньги часть квартир.

«Утверждение об изначальном умысле на хищение госсредств противоречит финансовой логике, — отмечает адвокат Иван Хозяйкин. — Застройщик не мог знать заранее, выиграет ли аукционы, и рисковал собственными деньгами. Более того, вся созданная за частный счёт инфраструктура бесплатно досталась городу. О каком обмане и хищении на старте может идти речь?»

2. Замена материала — это не «экономия»

Обвинение строится на утверждении об «экономии на блоках». Однако защита подчёркивает: в деле нет доказательств того, что применённые блоки стоили дешевле проектных. В период строительства на рынке наблюдался дефицит блоков определённой марки, поэтому произошла их вынужденная замена, а не удешевление.

Проектная документация, по которой строится дом, состоит из двух важных этапов. Первый — это декларация о намерении (документация версии «П»). Условно, этот документ можно назвать наброском. Марки прочности, плотности или ГОСТы в нём приводятся с большим допуском. Так в в тексте упоминалась одна марка прочности (B3.5), а в графической части — марка плотности (не менее D600) и отсылка к ГОСТу, допускающему диапазон прочности от B2 до B5. Применённый блок полностью вписывался в эти нормативы.

3. Тайна исчезнувшего проекта версии «Р» и экспертиза «ТитанПроект»

Главный же документ, по которому непосредственно строят рабочие, — проект стадии «Р». От этого документа отступать нельзя. В нём уже не 30, а 120 листов. Именно здесь не декларативно, а детально прописываются все изменения и узлы. Именно им и руководствуются строители.

Важно, что этого документа в материалах уголовного дела нет — где он, неизвестно, по словам представителей застройщика, его передавали в администрацию. Впрочем, такие документы хранить не обязаны, а с момента постройки до суда прошло 6 лет. Но таким образом, какие именно характеристики блоков там были прописаны, неясно. То есть понять, нарушили строители проектную документацию или нет — невозможно.

При этом перед сдачей домов застройщик за свой счёт привлёк независимую экспертную организацию «ТитанПроект». Эксперты провели обследование конструкции и дали официальное заключение: запас прочности зданий составляет 33%. То есть конструкция способна выдержать ещё 33% от расчётной проектной нагрузки сверх той, которая уже действует.

Это заключение вместе со всеми фактическими характеристиками блоков было официально передано администрации города.

«Мошенничество — это хищение путём обмана или злоупотребления доверием. Как можно обвинять человека в обмане администрации, если он добровольно вручил этой администрации экспертное заключение, где прямо указано, какие блоки использованы и каков их фактический запас прочности?» — резюмирует Иван Хозяйкин.

4. Юридический парадокс: «хищение» без утраты имущества

Суд приравнял к ущербу сумму, перечисленную по контрактам — более 275 млн рублей. С точки зрения уголовного права, хищение подразумевает изъятие имущества у собственника. В данном случае квартиры не исчезли, они находятся в собственности и пользовании жильцов, а их рыночная стоимость с момента постройки выросла примерно в три раза — суммарно почти до 1 миллиарда рублей. При этом не все собственники квартир признаны потерпевшими.

5. Неучтённая роль генподрядчика и статус Госстройнадзора

Дом, возведённый ООО «СтройУниверсал-Парма», был полностью отдан на откуп субподрядчику, самостоятельно закупавшему материалы. Но претензии и к этому дому тоже вменяют в вину Дмитрию Седову, так как полномочия и ответственность организаций не были разделены следствием.

Кроме того, объект на ул. Шестакова, 10 (строился «Квадра Групп») успешно прошёл процедуру приёмки Государственным строительным надзором, получив официальные акты о соответствии всем нормам безопасности.

«У нас на руках государственные акты ввода в эксплуатацию. Получается парадокс: один орган исполнительной власти (ГСН) признаёт объект полностью безопасным и пригодным для жизни, а другой — следственный — заявляет, что дом опасен, — отмечает адвокат Николай Попов. — Выводы официального надзорного ведомства следствие просто проигнорировало».

6. Сомнения в методике экспертиз и роль капремонта

По словам защиты Седова, выводы следствия о «небезопасности» зданий основаны на исследованиях всего двух образцов, изъятых из одного подъезда, данные которых эксперты растянули на все объекты. Для сравнения: сама «Квадра Групп» при сдаче домов брала около 20 образцов с каждого объекта.

Через 6 лет после строительства администрация инициировала масштабный ремонт. По словам защиты, дом № 2 был признан «потенциально аварийным» на основании лишь вероятностного прогноза эксперта, привлечённого администрацией Кудымкара, («в будущем состояние может ухудшиться»), а не из-за реальных трещин или разрушений. Проведённый подрядчиками администрации ремонт лишь ухудшил эстетическое состояние квартир, что вызвало жалобы жильцов, о чем писало местное издание «Парма News». О личных претензиях к Дмитрию Седову данных нет.

7. Вопрос о «бенефициаре»

Следствие называет «конечным бенефициаром», получавшим основную прибыль, директора ООО «Квадра Групп» Дмитрия Седова. При этом, на момент окончания строительства четвёртого дома был уволен по собственному желанию. Фигура основного инвестора проекта в материалах дела почти не упоминается. Между тем, как наёмный менеджер может быть «конечным бенефициаром» непонятно.

За время следствия у Дмитрия Седова умерла мать. Теоретически, до суда Седова можно было отпустить под домашний арест с проживанием в квартире матери, но ему не разрешили. Попрощаться и приехать на похороны ему тоже не дали.

Суд первой инстанции приговорил обвиняемого к 5 годам и 6 месяцам лишения свободы. Защита категорически не согласна с приговором. Заседание апелляционной инстанции в Пермском краевом суде началось 4 августа. Дело рассматривает коллегия из трёх судей. Защита добивается полного пересмотра дела, повторного исследования утраченных документов и разделения зоны ответственности между всеми участниками процесса — от инвестора и проектировщиков до подрядчиков и чиновников. Очередное заседание состоится сегодня, 19 августа.